Книга Правда без лицензии, страница 13 – Ксения Кирина

— Я не верю в обыкновенное стечение обстоятельств, — заупрямилась Мелисса. — Всё складывается слишком уж гладко.

— Правдивость настоящего проклятия можно определить. Во-первых, оно затрагивает душу. Во-вторых, у него есть автор-колдун, в-третьих, он создаёт проклятие по какой-либо причине, а в-третьих, обязательно вплетает условие, выполнив которое можно освободиться, — объяснила Бьен. — Хотя самые злобные колдуны в качестве условия ставят смерть проклинаемого…

Она не обучалась аксиомантии напрямую, только колдовству у ведьмы биншш-ит, но много читала (в нужных книгах, благодаря Тьяго, недостатка не было), так что при случае могла продемонстрировать знания многоопытного аксиоманта. Хотя делать это доводилось очень редко, а применять на практике и вовсе — в мелких масштабах. К счастью.

— Брр… — Мелисса поёжилась. — Об этом я тоже думала… я имею в виду, о Правдивости всего этого… происходящего.

— Тогда почему ты решила, что на тебе лежит проклятие? В чём оно проявилось?

— Всё очень просто и, вероятно, отчасти даже покажется забавным, — Мелли сделала ещё один глубокий вдох и заговорила медленнее. — Ты знаешь, сколько мне лет. По меркам Общества, женщина моего возраста, не имеющая поклонника, либо ярая активистка, либо «порченый товар». Поскольку я редко принимаю участие в общественных движениях, от меня ожидают, что я буду предпринимать шаги к созданию семьи. Но каждый мужчина, проявивший ко мне романтическую благосклонность, быстро отказывается от своих намерений и старается держаться от меня как можно дальше! Не гоняться же за ними с сетью!

— Репутация в Обществе ставится даже превыше Правды. Возможно, ты сказала или сделала что-то не так?..

— О, поверь, это сразу стало бы всеобщим достоянием. Каждая сплетница сочла бы своим долгом выразить мне свои соображения или соболезнования по этому поводу. После того, как четвёртый по счёту ухажёр испарился после первого и единственного букета, я собралась пойти к тебе, но мне нужна была веская причина, хоть какое-нибудь подтверждение моим догадкам. Поэтому я провела небольшое самостоятельное расследование, — с этими словами Мелисса выудила из кармана плаща плотно свёрнутую газету.

Бьен развернула одинокий, зато большой лист гладкой бумаги отменного качества и прочитала заголовок: «Шапо Клячка». Под ним в форму цилиндра кусочками складывались небольшие статьи, пустое от текстов пространство занимали  всяческие завитушки.

— Это же светская хроника, — с недоумением сказала Бьен, просмотрев пару заголовков.

— И самая Правдивая из всех светских хроник. Я вхожа в Общество, помнишь? Его главная пища — сплетни всех сортов. Благодаря им я выяснила, что проклятых подобно мне много, и именно проклятие — причина отвращения любых поклонников. Взгляни в правый нижний угол, — Мелисса потянулась и ткнула пальцем.

Бьен послушно взглянула. В указанном месте размещался текст в ажурной рамке, увенчанный помпезной надписью: «Связующая огненная нить между цветом волос и безбрачием прекрасных ситуайен».

— Безбрачие?

— Прочти и поймёшь.

«О, пламя! Горящее в сердцах пылких влюблённых и в обыкновеннейшей кухонной плите! Без него не существовала бы Теплынь, оберегающая людей от Стужи. Без него не существовало бы человечество! Живой огонь всегда манил к себе творческих личностей. Роазан дю Миракль посвящал свои стихи „деве с закатными локонами”. Клод Суанни изображал на своих полотнах рыжекудрых дам — единственный признаваемый им канон женской красоты…