Книга Бедовая помощница в академии драконов, страница 78 – Анастасия Милованова

— Что не думать?

Я в недоумении застываю и смотрю строго перед собой.

— Сдаваться не думай! Инари не сдаются! — с пафосом выдаёт бывший слепарь.

Только вот уверенности в его словах я не слышу. Будто артефакт и сам не верит в то, что говорит. А до меня доходит один очень интересный факт.

— Ты читаешь мои мысли?

— Естественно! — довольно заявляет слепарь. — Не всегда, правда, только когда ты особенно панически думаешь.

Выдохнув, я разворачиваюсь и крадучись подбираюсь к сумке. Присев на корточки, аккуратно выуживаю тубус из сумки и настороженно на него смотрю.

— Да я не кусаюсь, — раздаётся сварливое.

— А чего ты тогда молчал? Ну, когда ожил, — спрашиваю я.

— Чтобы ты заорала и созвала сюда весь боевой факультет? — В голосе артефакта слышится ехидство. — А я, можно сказать, только жить начал.

— Значит, ты о конспирации беспокоишься или дело не только в ней? — Прищурившись, я верчу слепарь в руках.

— У-у-у, — сдавленно подвывает артефакт.

— Чего? — слегка изумившись, спрашиваю я.

— Тошнит. Можешь не крутить?

— Ты же не живое существо, с чего тебя мутит? — У меня даже брови на лоб лезут от удивления.

— А вот тут ты ошибаешься. Не поняла ещё? Во мне частичка твоей силы, можно даже сказать — души. Я живее некоторых живых!

От ужаса я чуть артефакт не роняю.

— Эй! Осторожнее! Я, вообще-то, и без твоей души очень ценная вещица! А с ней и вовсе уникальная! — самодовольно заявляет слепарь.

— Будешь возмущаться — опять начну тебя крутить, — огрызаюсь я, крепче сжимая созданную мной диковинку и задумываясь.

Мне срочно нужно брать дар под контроль. Не ровён час, я завтра оживлю любимую ручку ректора, и тогда меня если не раскроют, то могут и вовсе приравнять к лазутчикам Бездны.

— Поэтому я и молчал, — поддакивает слепарь. — Мы ж не можем просчитать шаги драконов, а они приверженцы традиций: либо замуж, либо уничтожить. Дикари…

— Ты сейчас говоришь о сильнейшей расе нашего мира, — спокойно комментирую я, пребывая в задумчивости.

— Это не мешает сильнейшей расе мира не видеть ничего дальше своих древних законов. Ну, Алиса, ты же сама всё знаешь. Я, между прочим, твои глубинные мысли озвучиваю.

— Какая противозаконная жуть скрывается в недрах моего подсознания, — хмыкнув, выдаю я и впиваюсь взглядом в слепарь. — В остальных моих «жертвах» тоже частички моей души?

— Конечно. Как и у всякого порождения инари, — с готовностью подтверждает артефакт.

Зажав его в кулаке, я с силой прижимаю руки к вискам. Голова начинает болеть от перенапряжения и попыток осознать происходящее.

— У меня к тебе два вопроса. Откуда ты знаешь о частичках души и почему остальные артефакты со мной не разговаривают?

— Я порождение инари, Алиса. Мне положено знать, как такие чудеса появляются на свет, — снисходительно поясняет слепарь. — А по поводу второго: не хочу показаться самодовольным, но из всех твоих творений я наиболее мощный. Остальные были созданы, когда ты не вошла в силу, а потому частью способностей они обладать не могут.

— А сейчас я, значит, вошла в силу? — тихо спрашиваю я.

— Ну, как видишь. — Если бы у слепаря было человеческое лицо, он бы сейчас точно улыбался. — Это одна из ступеней развития инари.

— И я вот так просто на эту ступеньку встала? — скептически заломив бровь, спрашиваю я.