Книга Бедовая помощница в академии драконов, страница 148 – Анастасия Милованова

Елейный голос Кайгарда заставляет меня передёрнуть плечами.

— Очевидно, миазмы зловония, — доносится до меня мерзкое хихиканье.

Обернувшись, тут же обнаруживаю Люцину и её кружок припевал. Три девицы-аристократки явно сделали ставку на дружбу с одной из самых богатых наследниц в империи. Что, в принципе, логично. С их успехами в теории и дахусиме на собственные силы этим трём полагаться не стоит: мигом на бытовой вылетят.

— Хм-м-м, — задумчиво тянет Кайгард, останавливаясь у моей лавки и повернувшись к зрителям. — Не думал, что в такой симпатичной головке водятся такие умные словечки.

В столовой повисает тишина, а я переглядываюсь с Эфи, которая отвечает мне непонимающим взглядом. Что задумал принц? Он оскорбляет Люцину? Делает ей комплимент? Или, что самое невероятное, заступается за меня?

— Я и не такое знаю! — гордо выпятив грудь, с улыбкой произносит Люцина.

— Да, пожалуй, тут половина академии в курсе широты твоих познаний, — откровенно ржёт Кайгард, и, когда до меня доходит скрытый смысл его слов, тело окатывает ледяной волной.

Округлившимися глазами смотрю на Эфи, которая только рот рукой прикрывает. Подруга тоже в шоке от грубости Кайгарда. Пускай Люцина не хранит себя, но это же её дело!

По рядам сидящих прокатываются хохотки, но Люцина будто не слышит их. Продолжает по кукольному улыбаться принцу.

— Если хотите, можете составить нам компанию, — щебечет она. — Подальше от источника зловония.

Кайгард вместо ответа склоняется ко мне и демонстративно втягивает воздух. Замерев, я во все глаза пялюсь на принца, а он подмигивает мне.

— Нет, ничего не чувствую, — буднично заявляет Кайгард, выпрямляясь и разводя руками. — Ваниль, шоколад и немного лимона. Но если ты, — раскрытой ладонью он указывает на Люцину, — ощущаешь какой-то неприятный запах, стоит проверить, не смердишь ли ты. Говорят, высокомерие имеет свойство тухнуть.

С этими словами он разворачивается и, обойдя наш стол, усаживается рядом с Эфи. И делает это всё в гробовой тишине.

— Простите, ваше высочество. — Дрожащий голос Люцины поднимается к самому потолку. — Возможно, я переусердствовала на тренировках.

Кайгард, не обращая внимания на её лепет, неотрывно смотрит на Эфи. А та, в свою очередь, сидит так ровно, будто ей палку к спине привязали. Я вообще перестаю понимать, что происходит. За прошедшие три дня я виделась с Эфи только по вечерам. Днём она то проводила время с Ноктурной, то зависала на тренировочном полигоне, желая по максимуму подготовиться к физической части экзамена. Стиксия говорила, что с Эфи кто-то занимался, но я думала, что это наши девочки. А что, если это был принц?!

— Обязательно быть таким грубым? — шипит Эфи, когда Люцина, так и не дождавшись ответа Кайгарда, покидает столовую.

Слава драконьим богам, обходится без улюлюканий и освистываний.

— А с чего я должен быть с ней деликатным, если она сама себя ни во что не ставит? — вопрошает Кайгард, склонив голову набок и заглядывая в лицо Эфи.

— Э-э-э, а вы ничего не хотите мне объяснить? — влезаю в их разговор. — Последнее, что меня сейчас волнует, — это задетые чувства Люцины. В конце концов, она не святая, чтобы её защищать. А вот что происходит между вами двумя — это вопрос!

— Ничего между нами нет! — вспыхивает Эфи, со злостью глядя на Кайгарда.