Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 92 – Лия Совушкина

Год назад мы стояли в небольшой часовне на территории поместья, и я смотрела на дракона в свадебном костюме — белом, расшитом серебром, с драконьими рунами на воротнике. Мужчина был прекрасен. Я чувствовала себя счастливой. Однако путь к этому дню выдался до ужаса тернистым.

Король Эдрик, узнав, что Верховный маг собрался жениться на простой лекарке, пришёл в ярость. Деймоса вызвали во дворец и заявили, что тот должен породниться с королевской семьёй, чтобы укрепить власть. Принцесса Элина, младшая дочь монарха, была уже просватана за дракона — без его ведома, конечно.

Я не присутствовала при том разговоре, но Деймос в красках рассказал. Как король говорил о «престиже династии», о «крови, которая не должна смешиваться с чернью», о том, что «целительница — не пара дракону». Как король угрожал лишить Деймоса земель, титулов, даже права преподавать в академии.

— И что ты ответил? — спросила я тогда.

— Ничего, — дракон усмехнулся. — Я просто вышел во двор, превратился в дракона и разрушил половину дворца.

— Половину? — я округлила глаза.

— Ну, может, не половину, — мужчина замялся. — Крыло западное и часть тронного зала. Но выглядело внушительно.

Король, говорят, побледнел так, что слился с мраморными колоннами. Его советники разбежались, стража попряталась, а принцесса Элина, которая как раз проходила мимо, разрыдалась и убежала в свои покои. Деймос, не выходя из драконьей формы, прорычал что-то вроде: «Ещё раз тронешь Эйру — снесу всё здание до основания». После этого король притих.

Мало того, монарх не только отменил помолвку и благословил наш брак, но и издал указ о расширении прав магов. Теперь они могли жениться и выходить замуж по собственному выбору, без согласия короля. Дракон стал героем в магическом сообществе. Ну а я стала его женой.

Свадьба вышла пышной. Пригласили всех: тётушку Лору, которая всю дорогу плакала и утиралась своим знаменитым передником; Лили, которая была нашей свидетельницей и держала кольца; Ричарда, приехавшего из особняка и выглядевшего моложе на десять лет; даже Томаса-рыбака, который пришёл с новой пассией и искренне пожелал нам счастья.

А вот король не явился — прислал подарок, золотой кубок, который мы с Деймосом переплавили на украшения для лавки. Местные жители Линдора тоже приехали — и те, кого я лечила, и те, кто просто меня знал. Деймос настоял на том, чтобы свадебный пир был на открытом воздухе — в саду, где цвели те самые бархатцы, которые посадила его мать. Было много цветов, музыки, смеха. Я танцевала с драконом, и он вёл меня так осторожно, словно боялся сломать. А потом мы улетели в небо — на драконьей спине — и провели первую брачную ночь в маленьком домике у моря, где я когда-то пряталась от Деймоса.

Там, в той самой лавке, где я лечила рыбаков и перевязывала кота, мы и начали нашу новую жизнь. Через месяц, переехали на земли дракона, потому что ему нужно было преподавать, а мне — расширять дело.

Теперь в моей лавке, которая находилась в отдельном крыле нашего поместья, имелось три комнаты: приёмная, лаборатория и аптека. Я принимала пациентов по утрам, готовила зелья после обеда, а вечера проводила с Деймосом. Лили, выросшая и окрепшая за год, помогала мне — малышка училась на лекаря, и у неё отлично получалось. Девочка научилась отличать мяту от мелиссы, варить отвар от кашля и даже делать перевязки. Иногда к нам приезжала тётушка Лора с пирожками и непременно ворчала, что Лили слишком худая и что «дракон бы её подкормил, а то совсем девчонку заморили».