Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 86 – Лия Совушкина

— Вот, — сказала я, кивнув на дом. — Моё новое жилище.

Дракон оглядел домик, и я увидела, как его глаза — серебряные, с вертикальными зрачками — расширились. Не от удивления, нет. От чего-то другого, более глубокого.

— Маленький, — сказал Деймос.

— Зато мой, — ответила я. — И получен честным трудом, а не подарен королём.

Мужчина промолчал, но его пальцы сжались на моей руке чуть сильнее. Я открыла калитку, и мы вошли во двор. Чёрный кот, сидевший на крыльце, увидел дракона, выгнул спину дугой, зашипел и умчался в кусты.

— Даже кот тебя не любит, — заметила я.

— Коты — существа своенравные, — ответил Деймос, не отводя взгляда от домика. — Требуется времени, чтобы они привыкли.

— Как и мне, — сказала я, открывая дверь.

Лили сидела за столом и перебирала ромашку. Увидев меня, девочка радостно вскочила, но тут же замерла, заметив Деймоса. Ребёнок уставился на него во все глаза, потом перевела взгляд на меня.

— Эйра, — спросила Лили шёпотом. — Это тот самый дракон?

— Тот самый, — вздохнула я.

Лили пискнула и выбежала из дома, даже дверь за собой не закрыла.

— Кажется, я произвёл впечатление, — усмехнулся мужчина.

— Ты напугал ребёнка, — поправила я. — Проходи, не стой в дверях.

Дракон вошёл. В моей маленькой лавке мужчине было тесно — плечами задевал косяки, головой почти упирался в потолок. Деймос оглядел полки с банками, связки трав под потолком, старый диван, на котором спала Лили, когда засиживалась допоздна.

— Здесь пахнет тобой, — сказал дракон вдруг.

Я замерла.

— Меллисой и солнцем, — продолжил мужчина, закрывая глаза. — И ещё чем-то… домашним. Хлебом, наверное.

Я отвернулась, чтобы он не видел, как у меня задрожали губы. Нельзя раскисать. Не сейчас. Я должна быть твёрдой.

— Садись, — я указала на табурет у стены. — Нам нужно поговорить.

Деймос сел. Послушно, как нашкодивший мальчишка. Я опустилась напротив, сложила руки на коленях и посмотрела дракону прямо в глаза.

— Я не готова простить тебя сразу, — сказала я. — То, что ты пришёл, то, что ты встал на колени — это много значит. Но этого недостаточно.

Мужчина кивнул не перебивая.

— Я люблю тебя, — продолжила я, чувствуя, как горло сжимается от слёз, но заставляя себя говорить. — Люблю несмотря на всю боль, которую ты мне причинил. Но любовь — это не только цветы и поцелуи. Это доверие. А ты разрушил моё доверие.

— Я знаю, — тихо сказал дракон.

— Поэтому я ставлю условия, — я выпрямила спину. — Ты остаёшься здесь. В Линдоре. И поработаешь в моей лавке.

Деймос моргнул.

— В лавке?

— Да, — я кивнула. — Будешь толочь травы, мыть склянки, помогать принимать пациентов. Будешь делать то, что делаю я. Узнаешь, что такое жизнь простого лекаря, который не летает на драконьих крыльях и не спасает королевства. Может быть, тогда ты поймёшь, что «бесполезность» — это не про меня.

Мужчина молчал. Смотрел на меня, и в его глазах я читала удивление, растерянность и — кажется — уважение.

— Ты согласен? — спросила я.

— Согласен, — без колебаний ответил дракон.

— Даже если местные будут пялиться?

— Пусть пялятся.

— Даже если тётушка Лора будет кормить тебя своими пирожками и расспрашивать о намерениях?

— Даже тогда, — в ответе Деймоса послышался сдавленный смешок.

— Даже если я буду злиться на тебя и иногда швыряться подсвечниками? — в моих глазах мелькнула усмешка.