Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 38 – Мария Вельская

Я протиснулась мимо спорящих о чем-то магов-третьекурсников к двери — и застыла.

Сердце на миг прошила тупая ржавая игла боли. Впереди, за поворотом, мелькнули огненно-рыжие кудри. Узкая спина, обтянутая тканью формы. Да нет. Её здесь не может быть, потому что не может быть вообще и никогда.

Просто так бывает — что человек очень похож. Или тебе хочется, чтобы он был похож. Если это напоминает тебе о прошлом.

Просто адептка одной комплекции с Ниако. Сколько на свете высоких, худых, рыжеволосых фурий? Тысячи.

Моя горничная и личная служанка. Старшая подруга. Та, которой я доверяла многое. Та, которая сочувствовала мне и часто таскала с кухни пирожки, а у других слуг и приезжих учителей — новости о внешнем мире.

Та, что росла вместе со мной в поместье отца.

Она исчезла ещё до моего совершеннолетия. До того, как я начала вспоминать себя прошлую — немножко. И поумнела не по годам.

Просто вечером удалилась к себе, расчесав меня перед сном и обещая утром принести красные спелые ягода бривицы. А утром — не пришла. Ни к завтраку. Ни днём. Ни перед обедом.

Когда я спросила дядю Яншела, где Ниако — тот отвернулся, разглядывая высокие и далёкие отроги гор, и певуче негромко произнес:

— На некоторые вопросы лучше не получать ответов, птичка. Она ушла. Нашла более прибыльную работу. Пока твою служанку заменят другие горничные.

Но разве может кто-то заменить первого друга? Маленькая наивная девочка во мне плакала, считая, что её предали.

Взрослая циничная землянка теперь подозревала, что всё было не так просто. А, скорее всего, куда сложнее и хуже, чем я могла бы себе представить. Я намеренно не стала пытаться ничего узнавать. А потом стало не до того.

Я помотала головой.

Всё, Льяна Тархи. У тебя нет горячки, тебе не видятся мохнатые хвосты в воздухе отдельно от всего остального, как парочке перебравших старших, и даже не преследуют видения одного статного, черноволосого и бесстыжего энергата.

Нет же? Вот и славно, Льяна Тархи.

Иди на пары и нечего вспоминать прошлое. Хотя бы потому, что дядя Яншел уже позднее дал мне явный намёк. Ниако связалась не с теми. Захотела быстрых и лёгких денег. И поплатилась за это. Так что прошлое прошлому. А это — просто знак. Знак, что нужно быть осторожнее. Шиакри. Воспоминания. Что-то да будет... Закручивается вокруг вовсю.

— Свет моих перепонок, не грустишь? — Задорный вопль заставил шарахнуться от меня близстоящих адептов.

А потом что-то знакомое, теплое и увесистое приземлилось мне на голову, царапая череп коготками, завозилось, приводя всё вокруг в хаос, и хлопнуло меня крылом по уху.

— Ишти-и! — Прошипела сдавленно.

Опознать приставучего эршеру было легко. По этим его забавным словечкам, непомерной наглости, замешанной на безнаказанности, и, конечно, зелено-оранжевой сейчас шерсти. С разводами!

Мохнатое пузо оказалось ровно у меня перед глазами. На сердце по-глупому потеплело.

— Лорд Мориан?.. — Спросила шёпотом.

— Я сам с усом! И крылышками! — Пронзительно возмутился эршера.

Оранжевое брюшко поелозило у меня перед глазами, встряхнулось — и вот уже гордо парит передо мной он. Летучий мышь, единственный и неповторимый.

— Ой, смотри, эршера! Какой хорошенький! А что, их продают? Можно питомца завести? — Донеслись голоса из девичьей кучки.