Книга Тайна Шато, страница 8 – Людмила Закалюжная

Но директор театра продолжал сидеть в кресле, правда, он больше не курил, а как будто застыл. Миссис Джерси вдруг всхлипнула и восторженно произнесла:

— Мисс Смит, ты великолепна!

— Спасибо, – улыбнулась я женщине, которая вытирала слезы белоснежным платком.

— Кхм, – наконец выговорил мистер Кэррингтон. – Голос у вас есть, это радует, но замечаний куча. Звук должен идти как бы изнутри, петь надо горлом. В общем, мисс Смит, вы должны репетировать и еще раз репетировать. Приходите завтра к девяти утра, начнем с вами работать.

— Вы меня… берете? – с восторгом спросила я и чуть не запрыгала от радости.

Мистер Кэррингтон кивнул, но, сдерживая мой торжествующий порыв, строго заявил:

— Заурядное имя «мисс Смит» совсем не подходит для певицы моего театра. Необходимо подумать над псевдонимом.

— Близкие друзья зовут меня Шато, – призналась я. Так звали меня в банде «Серые псы», так звал меня Коннор, прозвище было роднее имени Пэг.

— А если… мисс Шато Свон? – предложила миссис Джерси. – Шато – это тень, свон – лебедь. Получается тень лебедя – Шато Свон. Красиво звучит.

— Мне нравится, вы здорово придумали, миссис Джерси. – Я готова была расцеловать женщину.

— Мисс Шато Свон, – громовым голосом объявил мистер Кэрингтон и переглянулся с миссис Джерси. – Скучно. Давайте думать еще.

— Шато Ганзо? – неуверенно сказала помощница директора. – Лебедь – ганзо на языке соседней страны.

— Ну что это еще за Шато Ганзо, – фыркнул мистер Кэррингтон. – Надо звонкое, яркое имя. Шато… а если… Шато Нуар?

— Нет!

Мы одновременно воскликнули с миссис Джерси.

— Шато Блэк, Шато Руж, Шато Бланш, – перечислял директор театра. – Думайте, дамы, думайте.

— Я бы выбрала Шато Руж, – улыбнулась я. – А что это значит?

— Руж, никак не переводится. Мистер Кэррингтон, вы мастер придумывать псевдонимы, – похвалила миссис Джерси начальника.

— Шато Руж! Что ж, мисс, когда вам будет аплодировать весь зал, я лично приду поздравить вас с рождением нового имени, – стукнул по столу кулаком директор. Так я стала артисткой Шато Руж театра «Лицеум». У меня была личная гримерка, пусть и маленькая, но зато помещалось трюмо и шкафчик для верхней одежды.

— Шато! Поторопись, следующий выход твой, – выдернул из воспоминаний голос миссис Джерси.

За четыре года, после того, как я стала работать в театре, женщина совсем не изменилась, может, только морщинок под глазами стало побольше, и теперь я звала ее Элис. Бросила взгляд в зеркало, прежде чем покинула гримерку, отметив, что Роза хорошо поработала над моим лицом и волосами.

Через пару минут на сцену выходила певица Шато Руж в белоснежном сверкающем платье. Длинные темные волосы волнами струились по спине, создавая образ невинной девы. Зрители в зале притихли, заиграла музыка, и красивый, сильный голос, словно, магически обволок каждого слушателя. В такие моменты я забывала, что была всего лишь приютской девчонкой, занявшей свое место в банде «Серых псов». Если бы я могла петь вечно, то никогда бы не ушла со сцены. Но все заканчивается, как и мое выступление. Под громкие аплодисменты и крики «Браво!» закрылся занавес. Я счастливо выдохнула, возвращаясь с небес на землю, и не спеша направилась в гримерку.

Допрос оборотня вымотал, и перед выступлением я чувствовала, что мне нужно отдохнуть, хорошенько выспаться. Но сейчас эйфория бурлила в крови. Эмоции слушателей, их восхищение подарили силы, и я решила не отпрашиваться у Элис. Тем более директор театра немного приболел, и на миссис Джерси свалились все организационные работы. Последнее время мистер Кэррингтон часто болел простудой, потому что не следил за здоровьем, внезапная смерть любимой жены сделала Дилана рассеянным.