Книга "А в пятак?" Агентство услуг метаморфа, страница 132 – Анастасия Разумовская

Да она пьяна!

— И за кого? — полюбопытствовала я, ловя перепуганный взгляд Паси.

«Кто это? Королева? Императрица?» — казалось вопрошал он.

— За Уйбышева. Ну, за меня! — Пшерика схватила бокал шампанского и разом его выпила.

— А он об этом знает? — рассудительный голос Гарра ничем не выдал его эмоций. Может потому, что тех и не было.

Пшерика снова хихикнула.

— Не-ет! Пока нет! Но я беременна! На УЗИ сказали: двойня! Теперь он совершенно точно на мне женится! Уйбышев просто не сможет не полюбить своих красотулечек!

— А почему ты ему не сказала, что он станет…. э-э-э… отцом?

— Ой, Гарр! Глупенький! Если я скажу, то Уйбышев подумает, что я всё специально подстроила, чтобы он на мне женился! И не женится. Потому что боится меркантильных женин. А я не скажу! У меня идеальный план. Я вообще уволилась и квартиру продала. Босс, конечно, захочет узнать, с чего бы это я всё бросила и уехала, да ещё и тайком. Наймёт людей, выследит и поедет за мной. А там — я с близняшками. И он такой: «это чьи дети?», а я: «это не твои! А кто отец, я тебе не скажу!», и тогда он сразу поймёт, что это — его, и что это — настоящая любовь, а не расчёт! Вот!

Дракон задумчиво посмотрел на бывшую любовницу.

— Ну… ты хоть предварительно записку анонимную ему напиши… на всякий случай. Про детей. И на работу вернись, пока срок отработки не вышел. Декретные ещё ни одной матери не повредили…

— Ой, да много ты понимаешь! — насмешливо фыркнула счастливая секретарша и упорхнула на крыльях надежды.

— Кто это? — шёпотом спросила Пася.

Мы с Гарром переглянулись.

— Бывшая, — пояснила я. — Бывшая секретарша Уйбышева, соляного магната. У них с Гарром одно время был общий проект.

Мы прошли на балкон и полюбовались, как в моросящем дождике по Евне плывёт чёрный корабль под чёрными парусами. Правда самого корабля в темноте видно не было, но фейерверк, звёзды, блики и тени на воде очень впечатляли.

А потом зазвучал он — вальс. Пася судорожно стиснула веер и панически посмотрела на меня. В огромных глазах оленёнка стыл ужас.

— Разрешишь? — спросил муж, протягивая мне ладонь.

Это было приглашение на танец. Я покачала головой.

— Потанцуй лучше с Пасей. Ей с привычным партнёром будет не так страшно. А я не особо люблю вальсы.

Отвернулась и прикоснулась лбом к холодному стеклу. Над ухом зазвенел последний осенний комар, и мне вспомнилось совсем другое место. Тихое, зловещее, звенящее комариными песнями. Сердце заныло.

Уже под утро, вернувшись домой, мы с Гарром прошли в его покои, где теперь, после появления Паси, которую я поселила в мезонине, располагались и мои комнаты. На мебели валялись мои шмотки, сброшенные второпях: признаться, я не самая аккуратная из женщин.

— Есть хочешь? — тихо спросил муж.

Как-то очень придавлено спросил. И это — мой жизнерадостный Гарр? Я заглянула в его глаза, полные недраконьей печали, и меня вдруг осенило:

— Ты влюблён⁈ Ты влюблён! Рожки-единорожки! Гарр! Неужто Пшерика настолько хороша⁈

— Причём тут Пшерика? — устало выдохнул он.

Прошёл и сел на подоконник. Взял со стола бутылку с вином, зубами вытащил пробку:

— Будешь?

— Ты давай, не увиливай. Рассказывай.

— А что тут рассказывать? — уныло переспросил муж. — Какая в бездну разница, в кого я влюблён, Глаш? Это ничего не изменит, ты же знаешь.