Книга Стой, я не договорила!, страница 54 – Анастасия Разумовская

— Спасибо! Спасибо! Я так и знала, что если кто и рискнёт мне показать библиотеку, то только ты!

И заглянула ему в глаза с таким восхищением, что Юлиарн снова закрыл рот. Ну, в его оправдание скажу: он не имел никогда дело с 7-Б. С этими ангельскими дьяволятами.

— Там опасно, — сдался принц. — Ты должна пообещать слушаться меня беспрекословно.

— Обещаю! Я буду самой-самой послушной ученицей! В библиотеке. Поехали?

И я захлопала в ладоши. Это был контрольный выстрел, не дававший Юлиарну возможности перенести поход на завтра. Он блекло улыбнулся, подобрал палки и выдохнул:

— Поехали.

Местность была довольно гористая. Мы долго спускались, и вдруг Юлиарн вильнул налево.

— Осторожно, — крикнул, полуобернувшись.

Я следовала его лыжнёй, и на повороте увидела чёрную, блестящую как уж реку в белых клочьях пены. Пороги. Не удивилась, потому что услышала их уже издали. Удивляло другое — лес молчал. Только скрипели сосны, только ветер иногда принимался гудеть в кронах. Где монстры? Почему даже совы не ухают?

Берег был неровный, снежный торос нависал над бездной, а речка вилась, выгибалась ласковой кошкой, крутилась и вертелась, как кокетливая девочка. Луна довольно чётко вычерчивала окружающий рельеф.

Мельницу я увидела издали и невольно восхитилась тем, как она красиво вписывается в пейзаж. Это было двухэтажное строение. Низ — каменный, наполовину утонул в воде, верх — деревянный с крошечными окошками, покатой крышей и какой-то вспомогательной пристройкой. От мельницы на наш берег вёл широкий деревянный мост.

— Лыжи оставляем здесь, — распорядился Юлиарн, подъехав к грубым перилам-брусьям.

Снял их и прислонил к ограде.

— Не украдут? — с опаской уточнила я, следуя его примеру.

Принц хмыкнул. Щёлкнул пальцами, и между ними образовался серебряный шнурок. Юлиарн сделал петлю, накинул на наши лыжи, связывая их вместе, и подул. Верёвочка превратилась в сетку и стянула их. И те вдруг… исчезли.

— Ничего себе! — совершенно искренне выдохнула я. — Они переместились или просто невидимыми стали?

— Невидимыми. Просто, — в последнем слове прозвучал сарказм.

Видимо, Юлиарна немножко задело, что его волшебство я назвала простым. И я старательно добавила в голос восторженности:

— Ух ты! Хотела бы я так же уметь!

— Я бы научил, но… ты помнишь про седло? — он улыбнулся.

Немножко самодовольно, но для принца это было простительно. И всё же я невольно вспомнила Степана. Меня в нём изначально поразило практически полное отсутствие мужского тщеславия. Мне кажется, Иштефан даже, наоборот, старался скрыть способности, не выпячивать их. Он терпеть не мог разговор о себе или восторгов своими поступками. Однажды я заболела. Мы переписывались ночью, и я пожаловалась на боль в горле, тошноту и состояние простуды.

— Приехать? — уточнил он коротко.

— Ночью? Прости, я не готова, — ответила я.

На тот момент Степан ещё не был моим женихом, но на чай с тортиком уже приходил в гости. И через полчаса в дверь позвонил курьер из аптеки. Отправитель указан не был, а, когда я спросила Степана, не он ли оплатил и прислал мне лекарства и сколько я ему должна за них, просто ответил:

— Проехали, — и перевёл разговор на иную тему.

Были и другие случаи, в которых я так и не поняла до конца: он решил проблему или не он. Например, моё объявление о продаже бабушкиной квартиры вдруг попало в VIP-объявления, хотя я точно не оплачивала эту услугу.