Книга Эн. В поисках таланта, страница 5 – Мария Комягина

Все моментально отложили приборы, а отец пошел дальше этого: скрестил пальцы над столом. Это означало многое, но принципиально одно. Придется бежать. Вещи на первое время, записка, угнать Колибри.

— Я против, - брат придвинулся ближе, практически нависая над столом. - Все книги в библиотеках закончились, или кто-то на твоём острове поселился? Тебе не нужно ничего доказывать, оставь эти попытки найти себе дело. Ты такая какая есть. Да, без денотата. Считай, это и есть твой талант.

Мистер Категоричность, даром что судья. Отец лёгким взмахом руки остановил назревающий конфликт за столом, не любил он этого в семье.

— Дорогая, - обратился он к дочери, - мы не ограничиваем тебя в твоих желаниях. Путешествия по княжеству с соответствующим сопровождением - достойное занятие. Я был бы рад, если тебе удастся выполнить при этом небольшое поручение. Маршрут поездки к концу недели, думаю, будет готов. Я тебе скажу об этом.

Да что же это такое! Нет, воин воина не услышит. Соглашаемся, чтобы не считали намерения, и в путь.

— Хорошо, отец.

Матушка заметно выдохнула и взялась снова за приборы. Жена брата коротко бросила взгляд на супруга, принял ли он ответ сестры. Брат же удивлённо приподнял бровь, не ожидая такой быстрой сдачи позиций, практически без боя, прищурился, определяя подвох. Но честное-честное лицо Эн ничего не выражало, кроме того, что ей хотелось бы показать. Согласилась, но не с тем, что решил отец, а со своим планом.

Запрыгнуть в Колибри с вещами и вперёд. То есть, вниз.

Но вещи сразу после обеда собирать не стала. Таланта у Эн нет, нарисованный от руки денотат, который, к слову, за длинными рукавами никто не разглядел, дар не добавлял. Однако, зная семью, стоит ожидать паломничество.

— Можно? - коротко постучав в приоткрытую дверь, вошёл в комнату брат. Эн вздохнула, будет непросто.

— Да, проходи.

Брат разместился в кресле, внимательно пробежавшись по обстановке комнаты. Увиденное, видимо, успокоило его, тон голоса стал мягче.

— Сестрёнка, я хотел извиниться, если мои слова за обедом тебя обидели.

— Ты сам знаешь, что это не так.

— Хм, да, я действительно не чувствую, чтобы от тебя исходила какая-то досада, но грусть есть. С твоим согласием что-то не так.

— Поэтому ты пришел проверить.

— Поговорить, - с нажимом поправил он. - Пойми, для нас ты есть и будешь самым дорогим человеком, не имеет значения наличие дара. Мы семья. Вот, что важно.

— Ты лукавишь, - перебила она. - Имеет значение. А именно почему-то даёт вам абсолютное, неограниченное ничем право решать всё за меня.

О своей осведомленности в архивных поисках Эн не стала добавлять. Она и так не учитывает чувства брата, ранит словами, чего бы ей как раз не хотелось. Не сегодня.

— Это не право, а обязанность. И она называется забота. Просто не ворчи и не отбирай у нас нашу работу. Через месяц будут гонки на скоростных Колибри, хочешь посмотреть с нами?

— А поучаствовать? - хитро прищурилась Эн.

— Точно нет, - жёстко припечатал брат.

— А, забота. Я подумаю.

Эн пожалела, что не сдержала ехидного замечания. Почти же удалось им сгладить разговор. А так, остался осадок, чувство недосказанности, чего-то скрытого. Между ними, даже не смотря на разницу в десять лет, были всегда честные, открытые дружеские отношения, с поправкой на тотальную опеку. Покидать дом с этим свербящим чувством было неприятно. Оно как капля яда отравляло, заставляло сожалеть, сомневаться. Знала бы, что эти мгновения, когда можно сказать друг другу, улыбнуться, дотронуться, последние на долгое время, не была бы такой резкой и язвительной.