Книга Жена из прошлого. Книга 2, страница 129 – Валерия Чернованова

Второй, не будь дурак, рывком поднял меня с пола и, прикрываясь мной, как щитом, выкрикнул:

— Без фокусов, или её глотка будет следующей!

Почувствовала, как в шею мне впивается острый осколок. Должно быть, той самой вазы, которой с таким упоением лупила мерзавца Вильма. Кажется, он не рассчитал силу — кожу запекло, и по ключице к роскошному фамильному ожерелью потекла горячая струйка.

— Отпусти её. — Спокойствию Вольмара оставалось только позавидовать. Он выглядел расслабленным и невозмутимым, словно зритель в театре, что пришёл посмотреть на разыгрываемую артистами драму.

У меня же внутри грохотало сердце, и каждая секунда казалась последней.

— Потерпи, Женечка, потерпи, — умоляла Вильма. — Выстрел должны были услышать. Не могли не услышать!

— Отпущу, когда буду в безопасности, — со страхом и ненавистью выдавил из себя убийца. Сделал несколько шагов назад, к другой двери, увлекая меня за собой. Вжимая мне в горло проклятый осколок, отчего, судя по ощущениям, крови из меня стало вытекать гораздо больше.

Великий Дракон, ну когда же это уже закончится!

— В безопасности ты не будешь в любом случае, — невозмутимо отозвался Родингер, пряча ставший ненужным пистолет, больше похожий на дамский, настолько он был незаметным и маленьким, в карман своего идеального фрака. — Но если отпустишь, я так уж и быть тебя не убью.

— Я... я уйду, — упрямо отозвался преступник, и сейчас в его голосе, до этого самоуверенном и наглом, отчётливо звучало отчаянье. Паника.

Он отодвинулся ещё на два шага, и дракон, устало покачав головой, сделал рукой какой-то пас. Почти неуловимое движение, и уже позади меня стали раздаваться судорожные хрипы. Хватка ослабла, я отскочила в сторону от оседающего на пол убийцы.

— Я же сказала: стихийник! — с совершенно искренним восхищением выдохнула Вильма. — Как он его... И ведь не побоялся промазать. Ты же была совсем рядом!

Видимо, Вольмар питал какую-то особую слабостью к чужим шеям. А может, просто счёл это самым легкодоступным и уязвимым местом: осколок стекла, подхваченный воздушной стихией, угодил отморозку прямо в сонную артерию: начало хлестать так, что меня в одну секунду окатило кровавым душем.

Стараниями Родингера и второй убийца «украсил» своим телом пол, но смотрела я не на него, а на дракона. В несколько шагов он пересёк разделявшее нас расстояние, при этом заныривая рукой в карман, и я попятилась.

— Раннвей, это я... Я! — сказал он, то ли пытаясь меня успокоить, то ли напугать ещё больше.

— В курсе, — буркнула и втайне облегчённо выдохнула, когда он извлёк на свет божий не какое-нибудь оружие, яд или удавку, как опасалась, а простой безобидный платок. Шагнул ещё ближе, велел тихо: — Не дёргайся. — И прижал белоснежную, хрустящую ткань к ране на шее.

Сегодня прямо какой-то шейный вечер.

— Кому ты ещё не угодила? — усмехнулся мой... спаситель(?), осторожно прижимая платок к коже.

— От тебя пряталась, — бросила я, чувствуя, как напряжение отступает, сходит отбойной волной, и внутри остаётся усталость и опустошение. — И случайно увидела то, чего видеть не должна была.

Опустошение было настолько сильным, что ноги неожиданно подкосились, и я в одно мгновение оказалась у Родингера на руках.

— Любишь ты убегать, Фармор. Даже когда не надо.