Книга Требуется помощница, или Светлая против Темного - 2, страница 98 – Валерия Чернованова

— Что ты имеешь в виду?

Он усмехается. Кажется, немного разочарованно.

— Я догадывался, что ты не невинная девочка, но все же надеялся, что ошибаюсь.

Приблизившись к окну, на которое спроецировано фото лунных просторов, Ксанор отключает проекцию, и яркие утренние лучи заполняют комнату.

— Для тебя это проблема?

Хорос пожимает плечами, но не оборачивается.

— Нет… Просто я надеялся, что между тобой и да Коста все-таки ничего не было, и я буду первым. А если первым был он…

Вот теперь он оборачивается, чтобы посмотреть мне в глаза. Его внезапно темнеют. Светлая радужка окрашивается губительной силой, которую Ксану, уверена, не терпится направить на Виктора.

А мне не терпится… Подскочив к кровати, хватаю подушку и со всей силы швыряю ею в придурка.

Вот честно придурок! И это я еще мягко выразилась.

— А это за что?! — недоуменно восклицает он.

— За все хорошее! — рычу, раздумывая, стоит ли отправить за подушкой что-нибудь потяжелее.

Например, швырнуть в него тьмою кресло.

— Захотелось быть первым?

— Все в порядке, пролетели, — выставляет он в примирительном жесте руки. — Не обращай внимания, просто мои тупые закидоны. И ненависть к одной только мысли, что между тобой и да Коста что-то было. — Он виновато улыбается, а у меня от этой совершенно невинной улыбки внутри просыпается что-то очень нехорошее. Опасное и злое. — Ну и еще я пообещал врезать твоему первому и, если это все-таки Виктор…

— Не знаю, что было между мной и да Коста, но он не был моим первым! Хочешь знать почему, Ксан? — Воспоминания накатывает внезапно, с силой, которой я не ожидала и от которой меня начинает потряхивать.

— Кара, успокойся. Все хорошо. Давай сменим тему и…

— Ты был моим первым. Поэтому, если хочется кому-нибудь врезать, врежь себе!

У двери я оказываюсь быстрее, чем в груди раздается удар сердца. Слетев по лестнице, выскакиваю на свежий воздух, нахожу взглядом одежду, обувь и чувствую, как в глазах появляются слезы.

Сейчас оденусь и…

Одеться я не успеваю. Тьма, сомкнувшись у меня за спиной, заключает в свои объятия.

— А теперь еще раз, но только спокойно.

— Не сейчас. Мне нужно идти…

— Тебе нужно выговориться, а мне нужно услышать. И если надо, обещаю, я себе врежу.

Его последние слова заставляют улыбнуться. Обняв за плечи, Темный ведет меня на маленькую кухню, светлую и лаконичную. Усаживает за стол, включает бруловарку и, пока машина гудит, выплевывая в чашку ароматный напиток, просит:

— Рассказывай.

В отличие от меня он успел натянуть брюки. А я по-прежнему кутаюсь в простыню и снова, наверное, уже в миллионный раз пропускаю через себя болезненное прошлое.

— Это случилось два года назад. В Креуте, на Лазурных берегах. Я там отдыхала с подругами. Праздновала свое поступление в Амадо де Калво. А ты… Ты вроде тоже был с друзьями.

— Был, — кивает Темный. — Хорошо помню то лето.

Я мрачно усмехаюсь:

— Это тебе так кажется.

Он хмурится, но вопросы не задает, дает возможность мне выговориться. И я, глубоко вдохнув, заставляю себя признаться:

— В вечер, когда мы познакомились, я слишком многое себе позволила. Расслабилась… наверное, даже чересчур. До той встречи с тобой я сторонилась Темных. В моем мире существовали только брат и отец, а остальных высших я почти ненавидела. А если и не ненавидела, то как минимум опасалась. Не позволяла себе к ним приближаться, а увидев тебя… будто сошла с ума.