Книга Белые ходят вторыми, страница 123 – Валерия Чернованова

Хватит!

Бальное платье для ночи Чароденья, как и все творения талантливой шейлы, оказалось волшебным. Из светло-голубого невесомого шёлка с акцентами из тончайшего кружева. Незамужним девицам на торжественные мероприятия запрещалось наряжаться в яркое. Кремовый, нежно-розовый, голубой, бледно-зелёный — та цветовая гамма, на которую девушки вроде меня имели право. Розовый я никогда не любила, изумрудный мне шёл, а вот светлые оттенки зелёного делали меня больной. Кремовый напоминал о бале дебютанток (не самые приятные воспоминания), поэтому оставался голубой. Красивый цвет. Неброский.

Жаль, что даже в нём не получится остаться незамеченной.

— Как же мне нравится шить для вас, дорогая Лайра, — призналась портниха, когда я закончила перед ней кружиться. — Вы словно сказочная фея… Не хватает только магической палочки, которой вы завтра указали бы на своего избранника.

— Я бы лучше не отказалась от пистолета, — пробормотала мрачно.

Не знаю, услышала ли Ирис, но щебетать про избранников прекратила.

После ухода портнихи я попросила Морри принести обед. Эскорн (опять же по словам моей камеристки) всё ещё не вернулся, но в столовую всё равно не хотелось. Там будет Тесса и, может статься, нагрянет её любимчик Рифер.

Ну их.

— Если тётя будет спрашивать, скажи, у меня болит голова. Я не хочу сегодня никого видеть, предпочитаю быть одна.

— Слушаюсь, госпожа.

Быстро согнув колени, Морри побежала за обедом, а я вернула взгляд на платье и снова подумала о том, что пистолет мне завтра не помешает.

До самого вечера торчала в четырёх стенах, невольно прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам. Но ворота после ухода портнихи больше не открывались, Вейнанд не возвращался.

* * *

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Перед тем, как лечь спать, я решила немного потренироваться. Магия — вот что действительно помогало отвлечься, не думать о завтрашнем дне и напомаженных гиенах.

Это я, если что, про благородных шейров.

Выдернув из вазы цветок, быстренько его общипала и, поудобнее устроившись в кресле, стала концентрироваться на своём даре. Сосредоточиться, призвать силу, скользнуть руками по воздуху…

У меня получалось! При всей моей нелюбви к хроновой магии, я радовалась как ребёнок, наблюдая за парящими над ладонями лепестками. Это было так красиво… Это было невероятно! И сердце в груди взволнованно трепетало.

Я боялась завтрашнего дня и вместе с тем, в глубине души, я его предвкушала. Разумеется, ту часть вечера, когда должна буду щегольнуть перед эргандарским двором своим даром, а не ту, где будут женихи и танцы.

Я так увлеклась «игрой» с цветами, что просидела в кресле возле камина допоздна. Уже когда время перевалило за полночь, перебралась в кровать и уснула. Почти мгновенно, правда, сон мой нельзя было назвать спокойным. То мне снилось, что ничего у меня не получается и лепестки ярко-жёлтого экзотического цветка, вместо того чтобы собраться в тугой бутон, мягким ковром устилают пол. То я была вынуждена танцевать с Редверсом, а иногда красивое лицо герцога стиралось, и я видела перед собой мерзко ухмыляющегося Стейрода. Порой казалось, что за мной наблюдает Имада, а иногда — безымянная креорка.

Единственный, кого не могла отыскать, — это Вейнанд. Я вертела головой, лихорадочно скользила взглядом по приглашённым, понимая, что его нет и больше не будет. Он исчез из моей жизни, как того и хотела, и от этого невыносимо болело сердце.