Книга Королева отступает последней, страница 76 – Валерия Чернованова

— Вашему величеству нужен спокойный, уверенный в своих силах хроновик, а не сломленная, раздавленная горем девочка, оплакивающая смерть самого близкого для неё человека, — тихим, вкрадчивым голосом продолжал Эскорн. — Известно, что любовь и плотское влечение толкают чаровницу к безумию. Но кто знает, возможно, любое сильное чувство способно спровоцировать сумасшествие. Что, если из-за горя и тоски по брату её разум помутится? Что тогда? Вместо подающего большие надежды хроновика у тебя останется сумасшедшая ведьма, которая...

— Я понял тебя! — нетерпеливо перебил Адальгер, больше не желая слышать очевидное. Выдохнул шумно, стараясь справиться с овладевшей им злостью. Получалось плохо. — Понял...

— Кадет Стейрод должен быть наказан, — упрямо повторил Вейнанд, за что получил от императора взгляд, полный глухой, едва сдерживаемой ярости.

Адальгер Регенштейн терпеть не мог проигрывать и признавать, что был не прав. А сейчас его вынуждали, заставляли осознать, что ненависть к Риферу Ноэро ослепила его и, возможно, едва не лишила чаровницы. Пусть не он натравил на него джарового оборотника, но именно он собирался избавиться от него во Флаосе.

Надев чистую рубашку, император приказал одному из замерших у входа стражников:

— Отвезите кадета Стейрода в Гротвер. Лечиться или подыхать — мне без разницы. Я больше не хочу о нём слышать! Не желаю ничего знать и даже вспоминать!

От императора Вейнанд уходил с маленькой, но такой значимой победой. Правда, ликовать и выдыхать с облегчением было рано — Риферу по-прежнему грозила опасность. Императрица и раньше пыталась укоротить ему жизнь, а теперь это может стать для неё навязчивой идеей. Регенштейны всегда были известны злопамятностью и мстительным нравом, а Найферия уже давно стала одной из Регенштейнов.

— Теперь уже точно не простит и не забудет, — хмуро пробормотал генерал, минуя сумеречную анфиладу и надеясь, что её величество согласится его принять.

Если узнает, что на Рифера напали, возможно, сменит гнев на милость. Возможно, согласится дать мальчишке ещё один шанс. Возможно...

— Её величество вместе с дочерьми сегодня утром покинули столицу, — сообщил стражник, охранявший опустевшие покои императрицы.

— Известно, куда её величество отправились? Когда намерены вернуться? — мысленно выругавшись, спросил Вейнанд.

— Ничего не знаю, — ответил военный и замер, словно закаменев.

В тот вечер Вейнанду так и не удалось выяснить, куда и зачем отправилась правительница. Придворные сплетники только разводили руками, а возвращаться с расспросами к Адальгеру он не решился. Тогда уже его начнут допрашивать, что у него за дело такое срочное к её величеству.

Пришлось отправляться в Кальдерок с половинчатой, сомнительной победой. В то, что Найферия просто возьмёт и забудет о сорванной свадьбе, он не верил.

Вернувшись в академию, первым делом отыскал Рифера. За минувший день ему так и не представилась возможность поговорить с Ноэро, а поговорить было нужно. И, к слову, сделать это следовало уже давно. Вейнанд злился на себя за то, что не встряхнул мальчишку раньше, когда тот только вернулся. Вместо этого столько времени закрывал глаза на его слабости и изъяны.

— Ты не мог бы нас оставить? — попросил он Бриана, постучавшись в их с Рифером комнату.