Книга Королева отступает последней, страница 124 – Валерия Чернованова

После весёлого выступления клоунов и карликов, не один и не два раза заставивших зрителей хвататься за животы и плакать от смеха, настал черёд дрессировщиков. Никогда раньше не доводилось мне видеть столькодиковинных животных! О некоторых читала в книгах, другие, казалось, и вовсе не существовали, были ненастоящими, созданными чарами, а может, являлись плодом моей фантазии. Чего только стоила водяная в синем оперенье птица. Не успела она кокетливо распушить хвост, как зрителей рядом обдало каскадом брызг. Красавица проделала этот трюк не раз, пока величаво прохаживалась по сцене, чем привела в восторг не только детей, но и взрослых.

Трёхглавый лев, изрыгающий пламя не хуже мифического дракона, тоже оставил неизгладимое впечатление. Правда, не такое приятное, как водяное пернатое. Сразу вспомнился другой лев, одноглавный и куда более опасный. Надеюсь, он уехал далеко и в скором времени не вернётся. И ещё больше надеюсь, что за мной сейчас не наблюдают его шпионы.

Самые сильные эмоции вызвало у меня выступление гимнастов, проделывавших в воздухе такие трюки, что захватывало дыхание: грациозные девушки парили под сводами шатра с такой лёгкостью и бесстрашием, словно и сами были птицами, словно не боялись разбиться. Их ловили, крутили, заставляли складываться и выгибаться такие же гибкие и умелые мужчины.

Имелись в труппе и чаровики-иллюзоры. И если нас с Вейнандом их фокусы особо не заинтересовали, то простые люди, без дара, остались в восторге от феерии иллюзий.

Я с сожалением вздохнула, когда все артисты вышли на сцену, чтобы поклониться на прощание. В тот момент подумалось, что это действительно был самый незабываемый вечер. Столько эмоций, столько впечатлений...

— Понравилось? — с улыбкой поинтересовался Эскорн, когда мы стали не спеша продвигаться к выходу.

— Понравилось — не то слово! Я в восторге! — Я благодарно улыбнулась ему, а в следующее мгновение почувствовала, как сбивается дыхание: его пальцы коварно переплелись с моими, а у меня даже не мелькнуло мысли вырвать руку, отстраниться.

Так мы и вышли, храня молчание, держась за руки, как какие-нибудь юные влюблённые.

— Пройдёмся? — предложил Вейнанд, и я, уже даже не пытаясь с собой бороться, сдалась без боя.

Какое-то время шли молча. По одной из многочисленных дорожек, всё дальше уводивших нас от роскошного шатра, огней, смеха и весёлых возгласов. В тишину, тьму и прохладу парка. Прохладу, которую я сейчас совершенно не ощущала. Казалось, меня согревает жар его прикосновения: крепкого, надёжного, уже такого... родного. Казалось, этот вечер просто не мог стать лучше, но вот я иду и получаю ни с чем не сравнимое удовольствие от каждого шага, от каждой минуты.

— Я хотел поговорить с тобой. — Вейнанд остановился и, по-прежнему удерживая меня за руку, коснулся губами кончиков моих пальцев. — Только прошу, не перебивай. Дай мне сказать.

Кивнула, и он заговорил. Тихо, но вместе с тем уверенно и твёрдо. В каждом его слове звучала уверенность, а с ней и... надежда.

— Я пытался убедить себя в том, что ты счастлива. Что теперь, когда тебе не приходится скрывать свой дар, твоя жизнь стала такой, о какой ты и мечтала. А значит, мне стоит за тебя порадоваться. Но это не так, Лайра. Что бы ты мне ни говорила, сколько бы себяни обманывала, я вижу, что это не то, на что ты надеялась, о чём мечтала. Не о жизни пленницы, убийцы, марионетки.