Книга Похищая жизни, страница 28 – Валерия Чернованова

Не помню, что я там говорил. Да и моя речь не была длинной. Кажется, уже после двух предложений меня переклинило, и я просто стоял, бессмысленно пялясь на собравшихся.

Наконец церемония прощания подошла к концу. Приглашенные поднялись и стали по очереди подходить к нам с Коулом выражать соболезнования. Я потерял из виду незваного гостя, но был спокоен — от Алексис ему так просто не избавиться.

— Как продвигаются поиски? Кого-нибудь подозреваете? — спросил Коул, пожимая руку очередному сочувствующему.

— Нет, но собираемся сегодня же вернуться в вечер убийства. Коул, — я вновь приметил светловолосого мужчину, — кто этот человек? Ты его знаешь?

— Который? — Оуэн обвел часовню внимательным взглядом.

— Тот, что стоит в стороне ото всех и ждет удобного момента, чтобы приблизиться к Авроре.

Коул нахмурился и напряженно произнес:

— Нет. А что такое, Девин?

— Сейчас выясним… — Заметив, что мужчина направился к выходу, протиснулся сквозь кольцо приглашенных и пошел следом за ним. Неужели этот человек и есть убийца?!

Алексис

Девина оцепили плакальщики, а я сидела на скамье и исподлобья разглядывала странного гостя. Подозрительный тип. Он явно был знаком с мисс Оуэн, иначе чего бы ему так глазеть на покойницу? Осталось выяснить, кем он приходился Авроре. Хотя, судя по затрапезной одежде и заросшей щетиной физиономии, познакомиться на светском приеме они вряд ли могли. Обычно девушки из высшего общества даже смотреть брезгуют в сторону простолюдинов. А потому мне вдвойне интересно, зачем тут околачивается этот тип.

Наконец тот понял, что его заметили, и поспешил на улицу. Давно пора. Последние десять минут Девин пялился на него, как на пришельца с другой планеты.

Я поднялась и быстрым шагом последовала за мужчиной. Выбежав на улицу, стала озираться по сторонам.

— Где он? — Из часовни показался Уистлер.

— Не знаю…

К счастью, вовремя заметила исчезающий в толпе темно-синий жилет в клетку и кинулась за незнакомцем. Девин не растерялся и побежал следом, быстро обогнав меня. Ненавижу платья! Да еще и со шлейфом. Убила бы того, кто диктует женщине напяливать на себя это орудие пыток. А каблуки, чтоб их! Не выдержав критики, один отлетел, другой для равновесия я отломала сама.

Ругаясь сквозь зубы, припустила за Уистлером, который локтями и яростным криком успешно расчищал нам путь. То одного толкнет, то на другого гаркнет так, что бедняга поспешит отскочить назад, прихватив с собой еще пару-тройку прохожих. Народ разлетался в стороны, словно грязь под метлой умелого дворника. Я только и успевала, что просить прощение и извиняюще улыбаться.

Наконец мне надоело плестись в арьергарде. Подобрав юбку, так, что оголились мои изящные коленки и стали видны кружевные белые панталоны, в полосатых чулках прытко поскакала за Уистлером. Почему-то от меня народ шарахался добровольно и гораздо охотнее, чем от Девина. Правду говорят, красота — страшная сила!

Мы выбежали на рыночную площадь, наводненную улыбчивыми торговцами и ушлыми покупателями. Ушлыми, потому как не каждому коммерсанту удавалось сбагрить им свой товар даже при том, что продавцы с завидной назойливостью накидывались на них, словно мухи.

Наш беглец оказался проворным. Лавировал между торговыми рядами как бесхвостая ящерица, а мы едва за ним поспевали. В боку закололо, по лицу заструился пот, темно-лиловая маленькая шляпка, украшенная полупрозрачной вуалью, съехала набекрень и держалась на мне только благодаря шелковым лентам.