Книга Замуж за Темного Властелина, или Девичник в другом мире, страница 32 – Валерия Чернованова

— Больше похоже на веселящее, — мрачно выговорил Коршун, прожигая мою подругу таким взглядом, что даже удивительно, как она горсточкой пепла ещё не стала.

— Я, видимо, много накапала, — виновато опустила глаза фрейлина.

А заместитель жениха, сощурившись, издевательски проговорил:

— Я правильно понял, принцесса, именно ему вы решили доверить свою жизнь?

Наверное, со стороны хрупкая Дамия и кулем повисший на ней громила-стражник смотрелись, мягко говоря, странно. Особенно когда Эвельер начал сосредоточенно нюхать мои волосы и наматывать на палец один из локонов… Пришлось сбросить его с себя и грозно сказать:

— А-ну, перестань!

Ну Абель, ну удружила! Да лучше бы она ревела, чем вела себя как обкуренная нимфоманка!

— Если хотите ехать с нами, забирайтесь на лошадь, де Линь! — скомандовал Коршун.

О, уже и фамилию стражника успел выяснить, в то время как я так и не потрудилась. Всё не до того было.

— Это вы ко мне? — удивился Эвельер, тоже наверняка впервые услышавший… вернее, услышавшая это имя.

Пришлось снова вмешаться.

— Вы всерьёз считаете, что он в состоянии сейчас взобраться на лошадь?

— Я… ик… могу! Ик!!! — подтвердила, не переставая икать, Ульяна и, плавно покачиваясь, как корабль на волнах, двинулась к вороному скакуну ярла.

— Стоять! — рыкнул тот, одним резким движением разворачивая к себе Эвельера, словно тот был сделан из ваты или чего полегче.

Силы Ивару явно было не занимать.

— Ни шага к нему, если жизнь дорога!

— Да что я, с лошадью не справлюсь? — самоуверенно вскинулась Ульяна.

— С этой — нет, — резко ответил Ярнефельт.

И словно в подтверждение его слов глаза черногривого скакуна сверкнули алым. Возможно, конечно, показалось, но, судя по тому, как испуганно икнула Ульяна, попятившись, у нас была общая галлюцинация.

— Давайте усадим его в карету, — предложила я, пока Уля под успокаивающими каплями (будь они неладны) ещё что-нибудь не ляпнула.

Тенебриец позвал двух крепких парней из своих, и те, не обращая внимания на слабые протесты моей подруги, всё-таки запихнули её в экипаж.

Вовремя! Его величество наконец соизволил выйти проститься. Обнял меня, грозно прошептав на ухо, чтобы была умницей и не подвела Бризантию. Отстранившись, с медовой улыбкой пожелал мессиру Коршуну и его парням лёгкого плаванья.

А у меня снова при мысли о море желудок сделал кульбит и терпкий ком застрял в горле.

Когда мы с Абель утрамбовались в экипаже, заодно утрамбовав и пышные юбки, Ульяна уже спала. Храпела на весь королевский парк, и после, когда карета катилась по узким улочкам Рейявера, чем-то напомнившего мне любимую Прагу, в которую я так часто возвращалась, и по работе, и для души, продолжала выводить на всю столицу звучные рулады.

— Ты это специально?! — набросилась я на фрейлину.

— Нет, конечно же! — стала та защищаться. — Эвельер же огромный! Вот я и дала побольше, чтобы уже точно успокоился… А оно вон что вышло.

— В следующий раз советуйся со мной, прежде чем что-то ему… ей(!) давать!

Абель кивнула и на некоторое время притихла. Даже взгляд на меня поднять не решалась, видимо, чувствовала себя виноватой. Только когда в приоткрытое окошко экипажа ворвался терпкий солёный воздух и до нас донёсся пронзительный крик чаек, выглянула наружу и восхищённо выдохнула: