Книга Повелитель тлена, страница 16 – Валерия Чернованова

Интересно, Истер он тоже арестует, если я не соглашусь прыгнуть к нему в постель?

— И не бледней так. Вот увидишь, тебе понравится, — самодовольно пообещал высший.

Сомневаюсь…

— Сколько тебе лет?

— Двадцать.

— Ну вот, уже большая девочка, — проговорил с такой интонацией, словно упрекал меня в неуместном страхе. — Ну так что, Ива, мы договорились?

Кивнула, понимая, что согласие — это ещё и отсрочка, возможность выиграть время, чтобы всё хорошенько обдумать. Скажу «нет», и уже сегодня буду ночевать в камере.

Мы все будем там ночевать.

— Умница. — Полицейский достал из кармана какую-то бумажку и сунул её мне в руку, заставил сжать непослушные пальцы и только потом отпустил. — Явишься завтра вечером вот по этому адресу. Попросишь господина Квинтина Торсли. И повторяю, пока ты здесь, не вздумай больше пить эту дрянь. Я хочу ощущать твои эмоции.

Кончиками пальцев приподняв за подбородок, маг заглянул мне в глаза и, прочтя в них что-то, что ему явно понравилось, довольно усмехнулся.

— А теперь иди, куколка. Мне ещё нужно поговорить с Истер.

Просить дважды не было необходимости. Подхватив с пола шаль, я выскочила на улицу, кутаясь на ходу, и едва не сбила с ног подслушивавшую актрису.

Пунцовая от ярости, она уже готова была наброситься на меня с кулаками. К счастью, расправе помешал вовремя подоспевший Тауруш. Мне он велел идти к костру, а Истер — умасливать своего любовника.

Прошипев проклятия, актриса шмыгнула в шатёр. Не прошло и минуты, как оттуда послышались истошные вопли и истеричные угрозы прибить и меня, и его. Если посмеет ещё хоть раз только посмотреть в мою сторону.

Я даже понадеялась, что маг сейчас плюнет на свою затею, лишь бы угомонить эту психопатку. Но, как вскоре выяснилось, плюнул он на неё. По крайней мере, прощались они холодно. Полицейский на Истер даже не смотрел, а она давилась злыми слезами.

Ландо быстро поглотила ночь, и на поляне, ставшей нам временным приютом, воцарилось безмолвие. А может, это я сидела возле костра как оглушённая. Потому как не слышала ни треска поленьев, пожираемых жарким пламенем, ни порывов ветра, клонившего к земле шапки цветов, из которых мы с Эвой сегодня плели венки. Губы мадам Леттис по-прежнему шевелились; кажется, она не переставала причитать и жаловаться на несправедливость судьбы, коварно подкинувшей им пришлую, то есть меня.

Кажется. Её я тоже больше не слышала.

Мистер Тауруш, мрачный и напуганный, нервно вышагивал возле костра. Эву увела Кори. А единственный, в ком я сейчас нуждалась, чей совет хотела бы получить, остался в городе. Отправился навестить старого друга.

— Ива…

Почувствовав прикосновение к своей руке, с трудом отвела от пламени взгляд. Мистер Тауруш устроился рядом, своими немалыми габаритами решив испытать на прочность сухое полено.

Ругать не спешил. И проклинать день, когда они меня нашли, как ни странно, тоже.

— Ива, — голос ласковый, вкрадчивый. Наверняка начнёт упрашивать не отказываться от свалившегося на меня «счастья».

И точно, следующие десять минут мне пели дифирамбы. Оказывается, я и умненькая-разумненькая, и рассудительная. И, конечно же, не предам людей, приютивших меня, одевавших и кормивших всё это время. Совесть не позволит.

Из его вдохновенной речи выходило, что мой долг перед всей труппой — пожертвовать собой и послужить развлечением для похотливого шантажиста. А то, что меня воротило от одного лишь вида высшего, Тауруша заботило мало.