Книга Международная академия ЗВЕЗДЕЦ 2, страница 15 – Марина Эльденберт

Принцесса выбежала из приемной. По сочувственным взглядам принца с профессором я поняла, что они все слышали. Поэтому просто опустилась в свое (или уже не свое?) секретарское кресло и закрыла лицо руками.

Рядом что-то звякнуло, и я раздвинула пальцы.

— Не ссы, прорвемся, – неожиданно в мою поддержку заявила машинка.

Но я почему-то ей не поверила.

Тьеррина

На следующее утро у меня дико болела голова. Настолько, что, когда я открыла один глаз, второй задергался в нервном тике. Все получилось как-то само собой: сначала Брина принесла мне свою одежду. Потом вызвалась прогуляться со мной до квартиры, потом мы зашли в магазин, в отдел с крепкими напитками… а дальше все как в тумане.

То, что я помнила точно, так это то, как мы обсуждали мужчин в целом:

— Полагаться на мужчину – себе дороже, – заявила принцесса, изящно заливая в себя драконовиски, – а потом они заявляют, что мы должны во всем их слушаться…

— И что женщины ни на что не способны!

— Горные скакуны, одним словом.

Потом мы обсуждали Артуана:

— У него всегда был тяжелый характер. Сколько я себя помню.

— А сколько ты себя помнишь?

Принцесса задумалась.

— Давай сейчас без расчетов, – изрекла она. – Но в целом, с ним очень сложно общаться.

— Кому ты рассказываешь! – воскликнула я. – Я стараюсь делать все идеально, чтобы не к чему было придраться! Но он все равно что-то находит… находил…

— Горный скакун, одним словом, – подвела итог принцесса.

Там было что-то еще, в этих разговорах, но детали вспомнились смутно.

Если мне не изменяла память, еще я по дороге домой в трезвом виде успела рассказать про то, что мне действительно понравилось быть секретарем, все-все-все свои мысли и чувства, а она обещала поговорить с ректором. Но это не точно. Потому что после магазина я в принципе ни в чем не была уверена.

И вообще, мне было дико стыдно. Потому что я напоила принцессу. Хотя судя по тому, кто предложил взять сразу две бутылки драконовиски, она напоила меня, но все равно. Во-первых, я старше! Во-вторых, она студентка, а я – секретарь ректора! Так что если за что меня и стоило увольнять, то за это.

С другой стороны, я уже почти не секретарь ректора… Но стыдно все равно было. Потому что проснулась я в том же, в чем легла, на одной половине кровати, с потекшим макияжем и взъерошенными волосами, а на другой, точно так же в одежде храпела Брина. Натурально храпела.

Клянусь, Фабиан бы подарил мне половину своего королевства за то, чтобы получить на нее такой компромат, и от этого мне стало еще совестнее. Я же все-таки тоже женщина и не должна доводить другую прекрасную женщину до того состояния, когда на нее можно собирать компромат.

С трудом справляясь с головной болью, я поползла в душ. По дороге обнаружила, что моя фамильярка Мисси сгрызла лежавший на столе хлеб, потому что я забыла ее покормить, а, поскольку дверь в комнату я закрыла плотно и ее не пустила, от меня она тоже не смогла подпитаться.

— Прости, малышка, – опустившись на корточки, произнесла я. – Мне очень-очень стыдно. Сейчас я немного приду в себя – и мы с тобой погуляем.

Мисси моргнула и боднула меня в руку, что говорило о прощении.

Наверное.

Я же с тяжелым сердцем и еще более усугубившимся чувством вины отправилась смывать с себя ужасное похмелье и не менее ужасный вчерашний день.