Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 76 – Марина Эльденберт

Я всхлипываю и пытаюсь зацепиться за стену, у которой стояла, но Бертхард хватает меня за талию и тащит вниз. Все дальше от рева драконов, дальше от яростного пламени, дальше от него. Я пытаюсь вырваться, колочу его кулаками по плечам, кусаюсь, царапаюсь и, только почувствовав свободу, бегу.

Сквозь череду знакомых с детства коридоров, к лестнице, все быстрее, быстрее и быстрее.

Солнце ослепляет, огонь жжет глаза, но я все равно бегу.

Бегу к упавшему дракону, до которого еще так далеко, но я должна успеть. Должна… должна, должна!

Мгновение – и меня ослепляет алая вспышка обратного оборота.

Я чувствую, как отчаянно колотится сердце в такт шагам, не просто колотится, оно громыхает, как колокол. В небе происходит что-то страшное, но мне сейчас не до неба, я лечу по земле, по ощущениям – действительно лечу, потому что все-таки оказываюсь рядом с огромной черной тушей, закрывшей собой того, кого я отчаянно хочу увидеть и одновременно боюсь.

Еще один рывок – и я падаю на опаленную землю рядом с Витхаром. Падаю, чтобы заглянуть ему в глаза, перехватить ладонь, увидеть узнавание. Вторая ладонь – на его груди, там, где рваная рана. Рана, доставшаяся и дракону и человеку, окровавленная стрела лежит рядом.

В ладонь ударяет его сердце. В сердце – его слова:

— Я люблю тебя, Теарин.

Это последнее, что я слышу, потому что следующий удар сердца под моей рукой обрывается.

И тогда, запрокинув голову, я кричу.

В мой крик врывается оглушительное рычание, нас накрывает тень. Огромные когти мелькают совсем рядом, Горрхата подхватывают мощные лапы и отбрасывают в сторону, а на его место садится дракон.

Рядом – второй.

Третий. Четвертый.

Они почти замкнули нас в кольцо, когда я слышу далекий голос Бертхарда:

— Теарин!

И свой. Свой, но невыносимо чужой, резкий и сильный:

— Назад.

Последний дракон замыкает круг, за их спинами садятся другие.

И вот мы уже в двойном кольце, спустя минуту – в тройном.

Странно, но в эту минуту я отчетливо понимаю, что должна сделать. Заживление у иртханов быстрое, не в пример людям, все, что мне надо – это запустить его сердце, а для этого… Для этого нужно пламя.

Очень много пламени.

Я представляю, сколько для этого нужно пламени… или не представляю, но все они, сидящие рядом, готовы со мной поделиться. Во мне бьется жизнь, которая может меня уберечь, если я на такое решусь, а может и не уберечь. Одно я знаю точно, я никогда не смогу посмотреть своему малышу в глаза, если сегодня не попытаюсь.

Поэтому закрываю глаза и позволяю себе почувствовать рождающуюся внутри меня искру.

— Твой папа пришел, чтобы нас спасти, – шепчу еле слышно, разогревая ладони и чувствуя, как по ним скользят язычки пламени. – Сейчас помощь нужна ему.

Грудь Витхара под моей рукой неподвижна и залита кровью, но я не позволяю этой мысли завладеть мной. Все, что мне сейчас нужно – это откликнуться на зов окруживших меня зверей.

Пламя начинает жечь грудь, а таэрран – шею, воздух вокруг становится раскаленным. Белая пелена перед глазами – марево, дыхание прокатывается от копчика до макушки, когда я раскрываюсь, позволяя огню драконов хлынуть в меня.

Такое бывает.

Иртханы тоже делятся пламенем, особенно на поле битвы, чтобы помочь друг другу восстановить силы, но сейчас со мной делятся пламенем те, кто был в нем рожден. Кто дышит им, и все, что я могу – передать это пламя ему. Наверное, это не так уж мало.