Книга Королевская магия, страница 38 – Марина Эльденберт

Аргументы у Алисии заканчиваются, потому что она шагает ко мне вплотную и, понизив голос, яростно выдыхает:

— Если вы хотя бы словом, хотя бы взглядом оскорбите ее, бегом по полянке не отделаетесь, эрцгерцог!

— У вас нет необходимости мне угрожать, ваше высочество, – искренне напоминаю я. – Я на вашей стороне.

Ее глаза расширяются, в них мелькает изумление пополам с беззащитностью, но на эти чувства тут же будто падает занавес недоверчивости и настороженности. Алисия снова закрывается от меня, кладет руку на предложенный изгиб локтя Зигвальда и направляется в сторону парадной лестницы.

Вроде я выиграл эту битву, но почему тогда ощущаю этот мерзкий вкус поражения? Мне хочется просверлить дыру в спине братца, я даже знаю подходящую схему, но не стану этого делать.

Это точно не вернет расположение моей Алисии.

— Сопроводите ее высочество в приготовленные для нее комнаты, – приказываю я дворецкому. – И принесите фарх в ближайшую беседку.

— Да, ваша светлость.

— Пойдемте, – я предлагаю руку эри Лимор. – Вы наверняка устали, но мне действительно нужно с вами поговорить.

Женщина неловко кладет ладонь на изгиб моего локтя.

— Я отвыкла путешествовать в экипажах так долго, ваша светлость. Когда-то это было для меня естественным, но сейчас я растеряла этот навык.

Мы уходим в сторону садов, где среди аккуратно подстриженных в форме геометрических фигур кустов затерялось несколько беседок. Здесь невероятно зелено и красиво, но, в отличие от Алисии, эри Лимор не показывает: нравится ли ей дворец или нет. Она старательно смотрит перед собой.

Как хорошая прислуга.

Не знаю, чем эри Лимор занималась все эти годы, но новая встреча с высшим светом, кажется, заставила ее вспомнить прошлые привычки образцовой камеристки. Рядом со мной она не робела, не лебезила, но и не пыталась сделать вид, что мы теперь на равных лишь потому, что она находится под покровительством принцессы.

Я пропустил женщину в одну из мраморных беседок, которые больше защищали от солнца, чем от посторонних глаз: куполообразные крыши удерживали изящные, но прочные колонны, оплетенные тонкими стеблями вьюнков. Кивнул на скамью, на которую эри Лимор опустилась, и, чтобы не возвышаться над женщиной, занял место напротив.

— Для начала я хочу перед вами извиниться.

— За что, ваша светлость?

— За ужасное начало нашего знакомства.

На губах Лимор заиграла улыбка.

— Оно не было ужасным, скорее – запоминающимся. Я подумала, что вы… не герцог. Простите.

— Мой путь в Гриз был долгим и сложным, в том виде, в котором я предстал пред вами, меня бы даже родная мать не узнала. – Воспоминания о матери в застенках Тайной канцелярии пришло некстати, поэтому я нахмурился. – С ней у нас отношения не сложились, поэтому, возможно, я был слишком резок и настроен с предубеждением в отношении вас.

— Я принимаю ваши извинения, ваша светлость, – кивает она. – И не держу зла.

В отличие от Алисии.

Она этого не сказала, но мысль повисла в воздухе, как воздушная схема.

— В глубине души я страшилась, что рано или поздно Алисия узнает обо всем. О том, что она мне не родная. Каждый раз на службе я просила Пресветлого, чтобы этого не случилось. Но у него на нас свои планы.

Эри Лимор обвела себя святым кругом.

А мне странно осознавать, что не покинь Алисия Гриз, не отправься она в Барельвицу и не оттолкни того мальчишку, всего этого могло бы и не быть. Действительно, пути Пресветлого неисповедимы.