Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 150 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

Сегодняшний, перед балом, снова был ни на что не похож.

— У меня для тебя сюрприз, – сказал Хьяртан.

— Какой? – Я слегка отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Если скажу, это уже не будет сюрпризом, – схитрил он, потом коснулся губами моих губ, и меня словно искрой заклинания ударило.

Короткой, острой, пронзившей меня, а этот загадочный донельзя мужчина в тот же миг отстранился.

— Позвольте, нэри Селланд, стать вашим сопровождающим на весь этот вечер, – произнес он и предложил мне руку.

— На весь? – уточнила хитро. – То есть ни с кем, кроме вас, мне больше нельзя будет танцевать?

— Только с Бьяртмаром. И то если будет хорошо себя вести. – Хьяртан не поддался на провокацию. Легко, одним взмахом руки открыл портал, и мы вместе шагнули в распахнутые двери бального зала Эрнхейма.

К приему деда и бабушки подготовились знатно. Большой Бальный зал расцвел солнечными красками, четыре огромные люстры с бесчисленным множеством свечей в каждой озаряли его так, что и в самом дальнем уголке не удалось бы спрятаться хотя бы частичке тьмы.

В честь солнечных магов женщинам надлежало быть в ярких нарядах – желтых, золотых, добела раскаленных. Сверкающие как снег на солнце жемчужно-перламутровые тоже допускались. Что же касается мужчин, они все как один сегодня были в цветах мощи Драэра – темно-синем с платиново-серебристой окантовкой или с украшениями в виде шейных платков. Военная форма или камзолы, не суть важно, главное, что зал для меня предстал не суетой разноцветья, а единой сплоченной семьей.

Семьей, готовой встретить княжескую чету. Я знала, что дедушка с бабушкой уже в замке, прибыли порталом, но с мамой еще не разговаривали. Хотя я не могла себе представить, каково это – знать, что твоя дочь жива, что она столько пережила, и не бежать к ней, позабыв обо всем. Но, видимо, у моих родственников были свои взгляды на это.

Мама волновалась. Когда я вместе с Хьяртаном вошла в зал, наши взгляды встретились. От меня не укрылось, как нервно она сжимает крохотный ридикюль, крепящийся к перчатке на руке с помощью цепочки и изящного браслета. Стоявший рядом Фабиан выглядел не менее взволнованным, он то и дело поглядывал на двери, облизывал и кусал губы – верный признак того, что переживает.

— Я подойду к маме, – сказала Хьяртану чуть слышно.

Мне снова предстояло сидеть рядом с ним, а еще я была единственной девушкой в платье небесно-голубого цвета. На этом настоял мой снежный, хотя я и так отличалась от всех присутствующих. Платье было роскошным, к тому же нежный, украшенный воздушно-снежными цветами шелк очень шел к моим волосам, на этот раз собранным в высокую прическу. Я то и дело ловила на себе восхищенные взгляды мужчин, но они оставляли меня равнодушной. Единственный мужчина, чье восхищение было важно, шел рядом со мной.

Услышав мои слова, он наклонился и шепнул:

— Хорошо. Только ненадолго.

Улыбнувшись, я направилась к маме и брату.

— Ну, как вы? – спросила, сжав мамины руки – Такие холодные!

— Пожалуй, мне стоит уйти, – пробормотала она, метнув взгляд в сторону дверей.

— Что? Нет! – Я покачала головой. – Сейчас уже все начнется…

— Поэтому лучше уйти до того, как все начнется.

— Мам!

— Я не могу, Ливия. Я думала, что все смогу, но… нет. Они не пришли ко мне. А когда я хотела поговорить перед балом, мне сказали, что князь и его супруга заняты и не принимают. Никого. Даже меня.