Книга Стой, курица!, или глэмпинг «в гостях у сказки», страница 21 – Марина Эльденберт, Галина Мишарина

— Знаю я вашего хозяина, и о планах его осведомлен, — кивнул Елисей. — А вы раз и навсегда уясните по поводу земли Моргуновых: ни дом, ни участок не продаются ни за какую сумму. Если еще раз сунетесь к Валентине Аркадьевне или ее внучке — я обращусь напрямую к Окуневу.

Это был один из лучших следователей области, и Елисей действительно хорошо его знал.

— Кем еще напугаешь, дядя? — сказал крайний слева. — Ни Окуневу, ни самому Бастрыкину до этой дыры дела нет.

— Дыра у тебя в жопе, — отозвался Елисей. — А на доме скоро будут камеры.

— Что же, круглосуточно охранять будешь? — фыркнул главарь. — Тут, знаешь, то скота падеж, то пожары…

— Ребят, а давайте как-нибудь без этого? — попросил председатель. — Нет, значит, нет, — улыбнулся он Елисею. — Мы вас поняли. Поняли же, да? — И закивал амбалам. — Что-нибудь придумаем. Варианты ведь есть. Договориться же можно полюбовно! И деньги ведь хорошие дают, — он снова просяще посмотрел на Елисея. — Многие соглашаются!

— Как раз потому, что вы не оставляете выбора, — сказал Елисей. — Прессуете пожилых людей. Вам тоже хорошие деньги предложили?

— Попрошу не клеветать! — надулся мужчина. — Это статья!

— А, вот вы и вспомнили про уголовный кодекс. Отлично. Хорошо его знаете? Статья сто шестьдесят семь — умышленные уничтожение или повреждение имущества. Статья сто шестьдесят три — вымогательство. Статья сто шестьдесят два — разбой. Продолжать?

— Мы лишь разговариваем, — бросил главарь. — А вот вы встречаете гостей с топором.

— Вы находитесь на территории частной собственности и угрожаете. Если проломлю вам голову — это будет квалифицироваться как самооборона. — Он кивнул председателю, у которого был болезненный вид. — Надеюсь, мы поняли друг друга.

— Поняли, — сквозь зубы сказал верзила. — Кладбище тут неподалеку, мужик. Присматривай место поуютнее.

Елисей ничего не ответил и покосился на третьего, молчаливого, мужика: тот что-то разнюхивал возле сарая.

— У вас тут сено хранится? — гадко улыбнулся тот. — А не близко к дому-то? Пожароопасно, знаете ли. Кто-нибудь окурок кинет — и все. И место на кладбище никому не понадобится, бесплатная кремация будет.

Василиса

Я слышала почти весь их разговор, и внутри все клокотало от бессильного гнева. Когда смотрела сюжеты в новостях о подобных преступлениях, они казались выдумкой, сценами из кино. В реальности было намного страшнее: за бабушку, за дом, за животных.

— Что там? — взволнованно спросила бабушка.

— Беседуют, — пробормотала я. — Я все же выйду на крыльцо, не надо было Елисея одного бросать…

А тут еще и Беня проснулся, вышел к гостям, виляя хвостом, но в один миг изменился. Шерсть на его загривке встала дыбом, он ощерил пасть и двинулся на мужиков явно не с целью познакомиться…

— Беня, фу!..

Я успела перехватить пса за ошейник, а один из мужиков вдруг сказал:

— Какой у вас хороший охранник! Еще и бегает свободно, травку жует. — Он постучал пальцами по стене сарая. — И будки нет как таковой. Вы бы его для сохранности на цепь посадили...

Вжух, хрясь!..

Я вздрогнула всем телом, едва сдержав испуганный крик — это молниеносно слетел с руки Елисея топор, вонзившись в стену как раз возле пальцев бугая.

— Убирайтесь отсюда, — холодно сказал мужчина. — Пока я из дома ружье не принес. Стреляю я также метко, целиться буду по яйцам.