Книга Леди Смерть, страница 136 – Марина Эльденберт

В спину мне ударил короткий квакающий смешок.

Жером оставался невозмутим. Я пыталась прочесть по его глазам хотя бы что-то, но он выглядел так, словно мысленно был безумно далеко и от игровой комнаты, и от Лавуа в целом. Лицо расслаблено, руки лежат на столе, придерживая доставшиеся ему карты рубашкой вверх. С таким выражением он мог гулять с Мэри где-нибудь на побережье. Собственно, выражение его лица больше уже ничего не решало – я только что взяла последнюю из допустимого количества карт, и… не сказать, что комбинация меня порадовала.

Точнее, это была одна из лучших комбинаций, которую только можно себе представить, но я упорно гнала от себя мысли об этом. Вот если бы к моим прибавить еще одиннадцать очков… А если у Жерома они есть? Три выигрышные комбинации – двенадцать, двадцать три и тридцать четыре, перебить которые они могут только сами по возрастанию, все другие числа им не соперники. В любом случае в предыдущей партии все было совсем ни о чем, но я все-таки выиграла. Терпеть не могу игры, в которых от тебя почти ничего не зависит, а если зависит – исключительно при участии его величества случая.

— Открывайте, миледи.

Я облизнула губы и почувствовала едва уловимый привкус соли. Кажется, вырез платья прилип к коже. Выложила карты на стол и сложила руки на груди. Жером хмыкнул. Время, которое он смотрел на меня, тянулось невыносимо. Мне казалось, что целая вечность прошла, пока рубашки коснулись затянутой в темное сукно поверхности. Сглотнула ставшую неожиданно вязкой слюну и поняла, что… выиграла. Я. Выиграла! Выиграла! Выиграла!

Стыдно прыгать перед камердинером по комнате и хлопать в ладоши, поэтому просто сидела на стуле, вцепившись пальцами в край стола. Надеюсь, воплощая собой истинное достоинство победительницы. Недолго, впрочем, все-таки подскочила и порывисто его обняла.

— Спасибо! – прошептала одними губами. Опомнилась, отстранилась и выпрямилась. Добавила уже спокойнее: – Спасибо.

Не знаю, как так получилось, что мне начало везти. Не знаю, как получилось, что начала выигрывать. Возможно, потому что Жером предложил серьезную игру. Честно говоря, почти ни на что не надеялась, поэтому думала только о том, как уговорить его не рассказывать Анри и не попытаться ли сделать это через Мэри. А потом все вышло само собой. Относительно – через долгие часы игры, создания бальзама для искусанных губ после проигрышей и упорства, с которым я снова и снова садилась за этот стол.

— Не за что, – он улыбнулся, собирая карты, – чистая победа, миледи.

— Если бы не вы, я бы так ничему и не научилась.

— Но вы научились.

— Если бы я проиграла… вы бы пошли к Анри?

Он пожал плечами и подмигнул:

— Этого мы уже не узнаем.

— А если я очень-очень попрошу?

Жером положил ладони на стол, поднялся.

— Какая разница, миледи?

— Для меня разница есть.

— Что ж… – он приблизился. Смотрел мне в глаза, не отводя взгляда. – Я хотел, чтобы вы научились играть – и вы научились. Хотел, чтобы у вас был выбор – рассказать графу обо всем или нет, и он у вас есть. Да, я очень хочу, чтобы вы рассказали сами, и случись мне победить, я все равно попросил бы вас это сделать.

— Но я же пообещала, что расскажу.

Уголок его губ приподнялся: кажется, мне ни капельки не поверили.

— Почему? – просто спросила я.