Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 7 – Марина Эльденберт

— Но это реально было покушение? – шепотом переспросила Рин. – Тебя действительно хотели убить?

— Сомневаюсь, – сказала я. – Иначе мы бы с тобой не разговаривали.

— Ты так думаешь?

— Я не знаю, что думать. А Торн со мной не разговаривает.

Вот не собиралась я этого говорить, оно само вырвалось. Как бы там ни было, он действительно со мной почти не разговаривал. Утром ничего не изменилось ни для меня, ни для нас – исключительно сдержанный завтрак, знакомство с пресс-секретарем, предупреждение о нашей линии поведения и… все. Потом они с пресс-секретарем отбыли в Хайрмарг, а я осталась. Успела посмотреть заявление, погулять с Верражем и Гринни, ну и вот – позвонила Рин. После ее сообщения.

— Как бы там ни было, он с ними разделается.

Это прозвучало кровожадно.

— Ты знаешь, что Мист под следствием? – продолжала подруга. – Что его только-только отпустили сегодня утром и вид у него был совсем не геройский?

— Подозреваю, об этом знает весь Хайрмарг. То есть весь Ферверн.

— Туда ему и дорога, – почти прорычала Рин. – Гаденыш. Мерзкий, мстительный гаденыш.

— Рин, давай сменим тему? – попросила я. – Я хочу хотя бы пять минут не говорить ни о Мисте, ни о том, что вчера случилось. Как Сэфл?

— Рвет и мечет. Сказал, что Мисту надо з… прости. Он тоже считает, что Мист к этому причастен.

Я вздохнула.

— Нет, ну серьезно. Он все это организовал! А на какие деньги? Я никогда за ним особой щедрости не замечала… – Рин осеклась. – Тебя это реально достало, да?

Нереально.

— Да.

— Слушай, но в этом есть один большой плюс: я смогу приехать к тебе в гости и посмотреть на резиденцию Верховного. Да-да, я помню, что ты меня приглашала на праздник, но до него еще времени дракон знает сколько, а я могу приехать сегодня. Хочешь, приеду? – Подруга внимательно на меня посмотрела. – Что?

«Никаких встреч. Никаких посещений, за исключением членов семьи. – Пресс-секретарь смотрел на меня в упор, и его цепкий взгляд напоминал крючья, которые охотники древности прятали в ловушках для драконов. – Если об этом посещении станет известно – а о нем непременно станет, журналисты не дадут этому человеку прохода. В отличие от вас их мы защитить не сможем, равно как и предсказать ход их беседы».

Все это звучало правильно и очень логично, хотя и отчаянно напоминало тюрьму в пустоши. Ферверн был единственной страной, где построили тюрьму для иртханов. Во всем мире для них существовало два вида наказания: таэрран, запирающая пламя магическая печать, чем-то напоминающая позорный ошейник, иногда в сочетании с домашним арестом, и смертная казнь. В Ферверне таэрран считалась пережитком прошлого, а меры пресечения были такие же, как и для людей. С той лишь разницей, что место заключения иртханов находилось в пустошах. Глубоко под землей.

На этой потрясающе оптимистичной мысли пиликнул внутренний коммуникатор.

— Рин, прости. Внутренний.

Я спрыгнула с подоконника, который стал моим излюбленным местом. Подошла к тумбочке и, коснувшись панели приема, услышала голос Тиуса:

— Ферна Хэдфенгер, приехал ваш брат.

Дар? Дар!

— Тиус, пусть его проводят ко мне! – Я выключила связь коммуникатора и снова вернулась к Рин. – Рин! Дар приехал!

— Ну, хоть так, – проворчала подруга. – А то я уже думала, что мою Лауру подменили, а вместо нее посадили манекен.