Книга Черное пламя Раграна 3, страница 38 – Марина Эльденберт

— Где они сейчас? Я хочу их видеть!

Вайдхэн качает головой.

— Я тебя убью, — обещаю я. И, клянусь, ни на миг не кривлю душой.

— Потом. После того, как мы поговорим.

— Поговорим о чем?

— О том, что наше пламя схлестнулось. Из-за этого пошел сильный откат, тебя ударило ответной волной. Меня тоже, но во мне эта сила уже достаточно долго, поэтому для меня все прошло легче.

— Что прошло легче? Что там вообще произошло?

— Слияние пламени. Мы теперь пара, Аврора.

Че-го?

Что-то такое я помнила, хоть и смутно. Про дракона Вайдхэна, который меня каким-то образом отметил и возжелал видеть своей парой еще тогда, почти пять лет назад. Но если у этого дракона есть хоть капля драконьих мозгов в голове, ему бы ни за что, ни за какие хрустящие шарики такое в нее даже не взбрело бы.

— Ты издеваешься, — сказала я.

— Нет.

— А по-моему, ты издеваешься. Какая пара?! Я хочу видеть своих детей, Вайдхэн!

— Увидишь. Когда мы поговорим.

Я моргнула. Сопротивление — по крайней мере, такое, к какому я готовилась, не потребовалось. Зато мне сейчас требовалось другое: срочно расслышать то, что он сказал. Потому что парой я с ним не стану, даже если он останется последним мужчиной в этой Вселенной!

— У твоего дракона обострение, — сказала я, желая как можно скорее покончить с этим, — но мне без разницы. Я не драконесса, не имею к этому ни…

— Вообще-то, иртханесса, Аврора. По всем показателям ты сейчас иртханесса.

Он точно издевается.

— На это мне тоже плевать.

— А зря, — Вайдхэн приблизился. — Потому что вчера ты — человек, а сегодня — иртханесса. Больше того, моя пара.

Да что ж он заладил-то? Пара, пара.

— Нет. Не знаю, какие у вас там драконьи законы, но я…

— Это не драконьи законы. Это природа иртханов, унаследованная от тех, кто поделился с ними пламенем. Драконы становятся парой после спаривания, — Вайдхэн загнул палец, — слияния огней и совместного сна. Когда драконы становятся парой, они больше не смотрят на других самцов, самок, их просто физиологически к ним не потянет. Пара проводит вместе всю жизнь, когда уходит один, практически следом за ним уходит и его пара. Если это не возраст, то через угасание пламени. Пара драконов связана навсегда, на всю жизнь. Пара иртханов тоже.

Мне стало слегка не по себе.

— Ты перечислил слияние огней, спаривание и совместный сон. Чтобы стать парой, достаточно чего-то одного?

— Нужно все вместе. В один день.

Дыши, Аврора, дыши! Все хорошо.

— Какое счастье, что всего в один день у нас не было.

А главное, и не будет.

— Это то, что касается обычных драконов, — огорошил меня Вайдхэн. — Как выяснилось, глубоководным все вместе не нужно. Тебе не потребовалось ни вливание крови, чтобы стать иртханессой, ни два остальных пункта, чтобы стать моей парой.

У меня закружилась голова. Как же здорово, что я сижу. Как же здорово… но все, что он говорит, не может быть правдой. Просто не может.

— Ты же сам сказал, — зверея, произнесла я, — что нужно спаривание. Сон. Не только слияние.

— Еще я сказал, что глубоководные — особенные. Так же, как и черное пламя.

— Да я вообще никакое пламя! — взвыла я.

Нет. Не может такого быть. Судьба не может быть настолько повернутой, чтобы связать меня с ним… с ним! Навсегда. В отчаянии я вцепилась в покрывало и сбросила его. Беспроводные датчики возмущенно запищали (хотя на самом деле, конечно же, не датчики, а аппарат).