Книга Молчаливое признание, страница 61 – Людмила Закалюжная

— Сначала Стис и лучше поторопиться, — слегка обеспокоенно сказал Андрей. Эмаль бросил на меня взгляд, поднялся и широким шагом отправился в дом.

— Что такое Стис? — задала вопрос шепотом.

— Это таблетка. Создатели изобрели ее очень давно для полицейских и аристократов, занимающих посты министров, чтобы ни один маг не мог воздействовать на них. В основном тогда боялись силы убедителя. Сейчас Стис редко принимают, потому что убедителей можно пересчитать по пальцам и все данные о них хранятся в полицейском архиве.

— А зачем нам эта таблетка?

Но Андрей не успел ответить. На террасе появился Эмаль с блюдцем и стаканом воды.

— Выпейте пилюлю, мадам Катя, — молвил барон и поставил передо мной блюдце, на котором лежала продолговатая серого цвета таблетка.

Но вместо того, чтобы сразу подчиниться, я неуверенно взяла в руку Стис и стала рассматривать пилюлю со всех сторон.

— Катя, пей! — приказал Андрей. — Быстрее! Таблетке еще надо время, чтобы она начала действовать.

— Как нам поможет… Стис? — поинтересовалась, положила таблетку на язык и сделала глоток воды.

— Вы станете для искателя невидимкой, мадам, — улыбнулся чтец, он откинулся на спинку кресла и взяв сигарету, закурил. — А теперь можно посмотреть кольцо?

— Пожалуйста, — достала из шкатулки серебряный перстень и протянула Эмалю.

— Где-то я видел уже такой знак, по-моему даже в прошлом году. Мы с одним сыщиком расследовали странное дельце об убийстве. Где же я видел этот крест? — барон выпустил дым, взгляд мага стал задумчивым и был устремлен вдаль. Мы с Андреем переглянулись.

— В церкви… да… кажется в церкви.

— В церкви… да… кажется в церкви. Я еще удивился знаку красного креста, он был изображен на белой плотной ткани и висел в углу. Рядом с ним можно было ставить свечи, когда я спросил у священника для кого они, то он ответил, что для умерших родственников-крестоносцев. Да, именно крестоносцев. При церкви есть школа и священник забрал туда двух осиротевших детей. Мать убили, а отец у несчастных пропал, потом мы его нашли обезумевшего в лесу. Папаша оказался тем убийцем. Говорят в школе дети изучают не только различные науки, но и боевые искусства. Правила там строгие, но побегов оттуда не было и все дети благословляют Бога.

Я слушала чтеца с возрастающим ужасом внутри. Неужели месье Г отье, доктор, который приютил меня, собственноручно хотел отдать в руки каких-то фанатиков? Зачем тогда он спас Андрея? Вопросы! Одни вопросы!

Эмаль положил кольцо на стол, но теперь я не хотела до него дотрагиваться. Поэтому украшение взял создатель и положил в шкатулку.

— Мадам Катя можно мне взглянуть на ваше хидсу? — вежливо спросил барон. Я покачала головой. Нет! Чтец увидит мои шрамы!

— Катя, — тихо позвал меня Андрей и приобнял за плечи. — Чего ты испугалась?

— Ничего, — резко ответила и протянула руку Эмалю, ощущая, как загорелась кожа на щеках. Барон и бровью не повел, внимательно разглядывая печать на браслете.

— Знак такой же, сомнений нет, — наконец чтец отпустил мою руку и я спрятала ее на коленях.

— В Мастерской Создателей Парижа должна быть хоть какая-нибудь информация об этом символе? — спросил Андрея, переплетая свои пальцы с моими. Поддержка супруга грела сердце, и волнение стало проходить.

— Уверен, там ты найдешь ответы. Когда вы хотите вернуться в Париж?