Книга Проклятый артефакт, страница 44 – Виола Редж

Любомир потребовал показать заодно и музей. И Коленька свернул в другой коридор, по ходу объясняя, что из музея в лекционный подвал ещё ближе выйдет, они чуть ли не напрямую сообщаются.

— Какие же лекции читают студентам в подвале? — всё же не выдержала я.

— Так защиту от тёмных проклятий, — пожал плечами лаборант. — Там раньше, говорят, некромантов учили, но уж много лет, как не учат. А зря.

— Почему? — нахмурился ведьмак.

— Так слышали, наверное, про кладбища в округе поднятые? А был бы толковый некромант, он бы их всех обратно уложил.

Некромантов действительно учили только в особом императорском корпусе, где-то под Вологдой. Но Любомир уже спрашивал про артефакты, которые обычно используют на кафедре истории магии для экзаменов. А потом мы пришли в университетский музей. Коленьку там знали, старенький смотритель без сопротивления впустил нас внутрь и оставил с экспонатами наедине.

Да, тут было на что посмотреть. Темучину и его потомкам была отведена львиная доля экспозиции, тут была и знаменитая лёгкая броня монгольских воинов, и конская упряжь в прекрасном состоянии, и множество летописных свитков на том самом древнетюркском. Тут к месту пришлась информация, что Полянский специализировался на потомках Темучина и текстах на древнетюркском и не мог не знать, кем являлся архимаг-живодёр, потому что читал о нём в летописях.

— Полянский — ученик Домовчука? — уточнил Любомир. — Да, это многое объясняет.

Мне это не объясняло ничего. Как он мог не сказать про нагрудную пластину доспеха Темучина, поиграв с которой маленький внук Великого хана стал некросом невиданной силы? Зачем утаил эту существенную информацию?

— Должно быть, он точно знал про посох, — пожал плечами Любомир, — и не хотел делиться знаниями с остальными.

И тут Коленька подвёл нас к карте-схеме Заволжских курганов. Вот это караськи-нихренаськи, тут всё в деталях прорисовано, а я-то всю степь исколесила, прежде чем обнаружить клятый курган клятого архимага!

— Давно у вас этот план? — спросила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не добавить проблем Полянскому собственным проклятьем.

— Даже не знаю, — удивился Коленька. — Надо смотрителя спросить, я-то сколько в магунивере обретаюсь, столько его и вижу.

Кажется, уши у меня задымились, потому что Любомир успокаивающе притронулся к плечу. Решив, что мы увидели всё, Коленька повёл не к выходу, а к малозаметной двери за колонной большого музейного зала. Ключ от неё висел рядом на гвоздике с декоративной шляпкой.

А за дверью медленно зажигались светильники, разгоняя тьму в коридоре. Коридор был недлинным и вёл в обычную аудиторию с рядами столов и стульев, небольшой кафедрой и доской с типичными меловыми разводами.

Мы осмотрелись и почти одновременно спросили: «А дальше?»

— Так я их тут поймал, — развёл руками Коленька. — Дальше уже катакомбы, мне Автандил Константинович строго-настрого запретил туда ходить.

Ход в «катакомбы» открывался прямо за доской, нужно было лишь нажать на кнопочку, скрывавшуюся за рамой.

И это было единственным, что лаборант кафедры истории магии согласился нам показать.

— Да вы что, там же скелеты неупокоенные бродят, может, ещё с тех самых Тёмных времён, и всякие ужасы творятся, не, я туда ни ногой.

— Ну а мы сходим, — объявил ведьмак. — Не сейчас, конечно, — в ответ на вопль Николая «не пущу» спохватился он, — вот получим разрешение у ректора, тогда и сходим.