Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 2, страница 53 – Марина Эльденберт

Амир вздохнул, словно ему не хватало воздуха.

— Я не хочу, чтобы такое повторилось. Особенно с мирным населением. Ты можешь помочь, насколько я знаю, ты согласился стать наследником.

Согласился – не совсем верное слово. Скорее, выбрал. Потому что во всем хаосе, который творился, Даррании нужен был хотя бы малейший островок уверенности. После того, как кто-то слил информацию о переговорах, а потом стало известно, что их не будет, и что Ферган не планирует выдвигать войска в сторону Мертвых земель, эта уверенность пошатнулась еще сильнее. Люди уже два раза собирались на Алой площади, с требованиями предоставить им доказательства того, что они и их семьи в безопасности. Папочка не придумал ничего лучше, кроме как отдать приказ об аресте зачинщиков за нарушение спокойствия и попытки ставить под сомнение власть  тэрн-арха.

Судя по тому, что рассказал Амир, его отец тоже придерживался очень специфических взглядов на жизнь. Возможно, именно поэтому он ответил:

— Предположим, смогу.

— Но?

— Что за проблема?

— Проблема? – не понял Амир.

— Ты сказал: есть проблема с сердцем. Какая?

— Да так, ерунда.

— «Так, ерунда» мне не подходит. Мне нужно понимать, что я делаю, когда отправляю тебя обратно в армию. Нужно понимать, что ты не сдохнешь в самый ответственный момент, в атаке, подставив все свое крыло под удар.

Может, звучало достаточно цинично и жестко, но по-другому никак. Амир, судя по всему, это понимал, потому что ответил:

— У меня в сердце остаточная вязь темного заклинания.

— И что это значит?

— Это значит, что убрать его нельзя. Исследовать его нельзя. Как оно будет реагировать на что-то в бою – тоже представить нельзя. Может, у меня просто остановится сердце во время парада. А может, я сдохну, выражаясь твоими словами, и подставлю все свое крыло. Но может и не сдохну. Может быть, смогу выжать из себя все по полной и защитить мирный город, положив десяток-другой этих тварей, – глаза Амира сверкнули. – Я обратился к тебе, Драгон, потому что мне больше не к кому обратиться. Что бы ты там обо мне ни думал, там погибли и мои друзья тоже.

Он замолчал, словно не зная, что еще добавить, и Люциан молчал тоже. Какое-то время смотрел в окно, на текущую за ограждением больницы жизнь, на идущих по улице людей, на целующуюся пару на мостике.

— Ладно.

Кажется, своим ответом он перебил Амира, потому что тот собирался продолжать.

— Ладно?

— Выйдешь отсюда через пару дней, или когда тебя там выпустят – и продолжим разговор.

Люциан поднялся и направился к двери.

— Сейчас позову Амиру, и ты перед ней извинишься.

— Что-о-о? – у Амира вытянулось лицо.

— Ты сам предложил. И тебе нужна моя помощь.

— Драгон! Да я ж ничего такого не сказал. Драгон, драхи тебя задери!

Но Люциан уже вышел в коридор: Амира действительно дожидалась его на диванчике. Сидела и что-то писала магическим пером, очевидно, опять делала уроки.

— Эй, – он легонько тронул ее за плечо, и девушка вскинула голову.

— Освободился? Идем, – она поднялась.

— Сейчас пойдем. Сайтанхорд хочет тебе кое-что сказать, – Люциан кивнул на палату.

Амира нахмурилась:

— Мне точно нужно туда идти?

— Заставлять не буду. Но тебе понравится.

Девушка пожала плечами, но все же шагнула за ним в палату. Где мрачный, как сто одна лозантирова тварь, Сайтанхорд произнес: