Книга Во славу человечности!, страница 393 – Юлия Меллер

Между старой столицей и новой проложили первый воздушный путь. Огромный дирижабль пока в единственном экземпляре курсировал между городами, доставляя грузы.

Необходимо было посчитать рентабельность нового вида транспорта, дать возможность набраться опыта экипажу. Через полгода закончится строительство ещё двух дирижаблей, и Аня собиралась навестить долину.

Ей хотелось посмотреть, как идут дела у лейнов, оставшихся на своей территории. Ещё она очень надеялась пообщаться с Кареманной. Надо строить корабли, но с какой стороны подступиться? В своё время читать про дирижабли оказалось интереснее, чем про корабли, и упущенных знаний очень (сильно) не хватало.

А ещё хотелось самой привезти в долину первый доход с открытого предприятия. Аня не забывала о том, что она продолжает носить титул правительницы лейнов, и некоторые коммерческие проекты были созданы от имени долины, а не Империи. Но обожаемый и довольно покладистый супруг в вопросе посещения долины оказался непримиримым противником. Он испугался, что она может исчезнуть так же, как появилась.

— Сами со всем справимся! — рычал он, как только Аня пыталась привести разумные доводы.

И справлялись.

В империи появилась стабильность, новые возможности для всех слоёв населения. В полную мощь заработала первая настоящая школа, дающая разностороннее образование. Она же вместе со своими учениками позже вырастет в академию.

Из-за такой мелочи как удобная обувь изменилось поведение оборотней. Никто по городу больше не бегал в зверином облике, но на выходные все горожане устремлялись на природу. Сначала звериный поток тёк в одну сторону, а через день — обратно. Шум, гам, лай, вой, но порядок поддерживался стражами и главами семей.

В два годика маленький Гай впервые обернулся волчонком, и у Гора снова начался приступ сумасшедшего отцовства. Он вообще очень изменил своё отношение к детям. А их любовь к себе тщательно оберегал и ценил.

А Аня неожиданно больше стала уделять время Мраку. Юный летописец уже был ростом с императора, обладал довольно сильными чертами альфы, но из-за хромоты все его достоинства воспринимались в штыки. Парня без конца пробовали сломать, заставить вести себя так, как положено слабейшему. Дворцовые служащие не смели его задирать, но ведь город рядом и каждый день находился обыватель, который не мог понять, почему на столь доходной должности состоит хромоножка. Но хуже всего было с юными самочками. Во многих семьях родители хотели бы, чтобы дочка покрутила бы хвостом перед перспективным женихом, но для Мрака это оборачивалось злыми насмешками.

Аня переживала, считая, что для четырнадцатилетнего летописца такое отношение может стать губительным, поэтому старалась сто раз на дню сказать ему, какой он умный, красивый, смелый, а то, что не может быстро бегать, так такому силачу это и ни к чему. Единственная польза случилась во всей этой ситуации, когда юная жена Клетча Уля, приехав во дворец, попыталась унизить парня — и тут же натолкнулась на взбешённую Аню. Клетч развёлся и снова расцвёл, ожил. «Больше, — клялся он, — ни одна волчица не заполучит его!» Он слово сдержал. Его истиной парой оказалась собака из клана Седа.

Спустя тридцать лет.

— Гай, сынок, только я прошу тебя, пиши чаще, — в десятый раз повторяла Аня.