Книга Во славу человечности!, страница 311 – Юлия Меллер

В следующий миг пришлось удивиться собственной гибкости и застесняться чистоты ног, так как ступня удостоилась откровенной ласки, а потом вдруг оказалось, что это отвлекающий манёвр и она пропустила момент, когда её тело лишилось девственности. Только и успела, что ахнуть, широко открыв глаза, и натолкнулась на его внимательный взгляд.

— Ты моя, — констатировал Гор.

Аня понимала, что в первый раз как бы тело не жаждало удовольствия, сложно достигнуть разрядки, но Гор удивил её. Словно прочитав её мысли, он опустил свою руку вниз и помог ей по-другому. Он не задерживал свой оргазм, понимая, что для неё сейчас нет радости в длительности соития, но его пальцы чутко реагировали на разрастающееся в ней напряжение и он сумел разбудить её тело к новой жизни. Больше им стесняться друг друга было нечего.

— Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась. Аня, как же я люблю тебя! Скажи мне, ты чувствуешь тоже, что и я?

— Я счастлива с тобой, я растворяюсь в тебе.

Он прижал её крепче и снова начал поглаживать, целовать.

— Оглядываюсь назад и не понимаю, как жил без тебя?

— А мне кажется, что я только тебя ждала.

Он усмехнулся и ласково поцеловал в один глазик, потом в другой.

— Ты так сказала, как будто устала ждать.

Аня обвела краем кисти по его скулам и вскрикнула, когда он ухватил губами за палец.

— Ждала любовь моя, так долго ждала, что перестала верить.

— Ты совсем девочка.

— Я чуть младше тебя.

Он внимательнее посмотрел на неё и отрицательно качнул головой.

— Не верю, ты юна! Я оборотень и чую, что ты едва вышла из щенячьего возраста.

— Ну и ладно, всё это неважно.

— Неважно. Иди ко мне…

— Да я и так рядом, — засмеялась Аня.

— Нет, я хочу ближе, и чтобы твоя шея была открыта мне так же, как всё тело.

— Только не кусай! Это больно!

— Не буду. Я хочу подарить тебе всю нежность, что прячется в моём сердце. Примешь ли ты её?

— Я буду беречь её пуще жизни!

— Ты создана для меня, Аня. В тебе всё идеально! Ты кажешься хрупкой, но твоё тело крепкое и гибкое. Один твой вид поднимает во мне отклик ранее неведомого, чего-то мощного и прекрасного. Мне сейчас кажется, что я могу перевернуть весь мир и не устать.

Он подхватил Аню под мышки и посадил на свой живот.

— Мне в радость смотреть на тебя, касаться, прижимать к себе. Я самый счастливый мужчина, потому что ты рядом! Как глупы те, кто предпочитает разумную влюблённость вместо всепоглощающей любви.

Она сдвинулась чуть ниже, понимая, как ему будет приятнее.

— Теперь и умереть не страшно, — со стоном признался Гор.

— С ума сошёл! Теперь тебя нельзя умирать, мы вдвоём. Куда ты, туда и я.

Он обхватил её за бёдра и, крепко сжав, хрипло попросил повторить.

Аня хотела повторить свою ласку, но по его взгляду догадалась, что его интересует признание и она, совершенно серьёзно посмотрев на него, сказала:

— Не буду жить без тебя. Понимаю, что это не разумно, но я не захочу встречать новый день, зная, что тебя нет. Поэтому береги себя!

Гор прикрыл веки, но Аня увидела, как из уголка глаза скатилась слеза. Она столько раз говорила ему, что любит, но, похоже, только сейчас он её слова принял сердцем. Ей пришлось отвернуться, чтобы не показывать, как ей больно за него.

Каким ещё откроется перед ней её муж? Что он скрывает под грозным взглядом и неприветливым выражением лица?