Книга Во славу человечности!, страница 16 – Юлия Меллер

— Я слышала о нём.

— Это внук моей соседки Вьюны. Ох, сколько мы от него натерпелись! Такой выдумщик! То что-то жжёт и нюхает, то не тронь его палочки, разложенные прямо на проходе, то все стены у Вьюны заляпал… да и что говорить, много вреда от него было, пока Дан не пристроил его в башню и не назвал учёным! Теперь наверх страшно подниматься: никогда не знаешь, что он учудит; но толк от Сибилла есть. Книжки, хранящиеся в замке, он все прочитал, увлёкся звёздами, но и свои эксперименты не забывает. Вот эти фонарики — его работа, — Данияра подняла руку с висящей банкой, — очень удобно, а ещё он сообразил, как сохранить нам бегущие с вершин гор весенние воды. Представляете, он сумел направить поток в озеро, что расположено внутри горы.

Аня с любопытством посмотрела на женщину, не понимая, в чём смысл достижения. Данияра с энтузиазмом стала пояснять:

— Летом у нас жарко и реки пересыхают, водоёмы показывают дно, а озеро в горе всегда прохладное и вода там свежая, только мало её было, на всех не хватало. Но под руководством Сибилла мы расширили его, и теперь весной оно наполняется до краёв. Больше у нас нет проблем с водой, во всяком случае, в замке и по всей близлежащей территории. За одно это Сибиллу можно многое простить! Ещё он придумал, как изготавливать прочный клей. Сейчас на его основе он пытается создать плёнку, которая не пропускала бы влагу. Не знаю, зачем она ему нужна, но он точно придумает!

Данияра остановилась у мощной двери и сняла с неё замок.

— Вот ваша кладовая. Каждый молодой лейн с первого заработка покупает вам подарок. Часто при рождении первенца тоже несут дар правительнице, чтобы она подержала на руках малыша, сказала доброе слово, бывает, и без повода дарят.

— Ух, да тут прилично барахла, — не особо счастливо ахнула Аня.

Окон в округлом помещении не было, всё загромождено огромными стеллажами, как в супермаркетах, на которых лежали рулоны тканей, тюки с шерстью, стопки рубашек, расшитых полотенец, сапожки всех размеров, корзины, какие-то деревяшки, разукрашенная посуда, бусы, серьги, не особо богатые и искусные, но с драгоценными камешками. Насколько всё это ценно, понять было сложно. Вышитое полотенечко могло стоить дороже простенького золотого колечка с кривовато вставленным рубином.

Интересно, дорожат ли каменьями оборотни? Кто они больше: звери или люди? В любом случае, Аня собрала несколько золотых изделий и решила, что обязательно придумает, как извлечь из них пользу. А пока она разбирала тряпки и морщила нос от лежалого запаха.

— Так, Данияра, пока меня не будет, всё здесь перетрясти, старьё отдать на производство бумаги. В замке проведёте смотр имеющегося белья и так же избавьтесь от старья, взяв отсюда новое. Вот это что такое?

— Это для вычёсывания травы на волокна.

— Нечего без дела нужным предметам лежать. Торги у вас… — сама себя оборвала и поправилась, — у нас бывают?

— А как же! Перед холодами как раз все соберутся и начнут обмениваться или продавать излишки.

— Данияра, надо почистить кладовую! Оставьте то, что нам годно для использования, остальное на продажу.

— Жалко, столько добра.

— Мы же не раздадим, а продадим, чтобы закупить что-то новое и нужное. Скажите мне, зачем мы храним столько корзин? Или вот десяток люлек, а куда нам сотня ночных горшков? Не представляю даже, с каким выражением лица их дарили!