Книга Дорога к счастью, страница 61 – Юлия Меллер

Каджи плакал во сне. Откуда у маленького ребёнка могут быть кошмары? Не зная, как помочь малышу, она осторожно прилегла рядом и прижала к себе его тело. Поглаживая по голове, по плечику, Злата тихонько запела:

Баю-баю-баю-бай, спи мой ангел, засыпай,

Баю-баюшки-баю, песню я тебе спою.

За окном совсем темно, солнце спит уже давно,

Ветер все огни задул, чтобы ты скорей уснул.

Баю-баю-баю-бай, спи, котёнок, засыпай.

Месяц к нам в окно глядит, смотрит, кто ещё не спит.

Звёзды ярче все горят, малышам заснуть велят.

Целиком песенка ей была неизвестна, но, наверное, не слова важны были спящему малышу, а интонация и ощущение защищённости, вот Злата и повторяла «баю-бай», пока сама тоже не успокоилась.

Да, не так она мечтала стать мамой, но она ею стала! Кое в чём Талейта права: без её участия в воспитании сыновей общество их не примет. Как бы блестяще их не обучил генерал, всё будет восприниматься в штыки, а вот любую оплошность со стороны благородной лэры воспримут как новый подход к детям или причуду.

Злате хотелось бы громко заявить напыщенным аристократам, что они все лицемеры и индюки, что их мнение её не колышет, но она состоялась как личность и может себе позволить некоторое небрежение, а детям противостоять общественному мнению будет сложно. Им придётся строить карьеру, учитывать знакомства, и вести себя соответственно титулу.

Вот ещё один нюанс: Эйшы стоят выше Больдо, и во многом будущее детей будет зависеть от того, примет ли их семья Эйш с многочисленной роднёй. Собственно, всё великосветское общество так или иначе родня друг другу. Вот и думай тут, что важнее: быть гордой личностью или втираться в доверии, прогибаясь и улыбаясь, чтобы обеспечить будущее мальчикам.

Злата оставила успокоившегося малыша и устало поплелась к себе. День выдался хлопотный и нервный, весь в разъездах, встречах, а под конец ещё и обмен душами.

Лэра всё это время караулила её у зеркала.

— Напитай проход энергией, а то он гаснет! — закричала она, как только увидела Злату.

— Зачем? Ты переезжаешь, — напомнила лэре художница.

— Но вещи… — и куда подевалась спесь? Оказывается, лэра умеет строить жалобные мордашки.

Злата огляделась. В стороне были собраны плетёный короба с платьями и шкатулками.

— Меня не посадят из-за того, что ты всё забрала?

По лицу лэры было видно, что ей и в голову не пришло подумать о том, с чем останется её прототип.

— Ну-у, я забираю то, что дарил мне Имрус… сама понимаешь, это по праву принадлежит только мне. Ещё я купила несколько артефактов здоровья и молодости. Пока тебя не было, я сама их заполнила.

— Ты опустошила счета? На что мне жить вместе с детьми?

— Тебя заберут родители! — высокомерно заявила Талейта, как будто это решало все проблемы.

— Ты сама не уверена в том, в чём пытаешься убедить меня, — упрекнула Злата лэру. — Как поступят твои родители, узнав, что я не отдам мальчиков в интернат?

— Э-э-э, они будут настаивать, но у меня есть приданое, которое они хранили все эти годы, и ты заберёшь его. К тому же, я не всё потратила, — чуть растерялась лэра, но быстро переходя в наступление, — мне же понадобятся ещё артефакты, и я подумала о том, чтобы у тебя остались на них деньги.

Злата попыталась сосредоточиться и воспользоваться памятью лэры. Та действительно благоразумно оставила приличную сумму, которую хватит либо на пару-тройку необходимых ей побрякушек, либо на покупку крошечного домика в столице и пару лет скромной жизни.