Книга Дорога к счастью, страница 122 – Юлия Меллер

Когда она всё успевает? Он думал, что ей помогает магия, но от взбалмошной и забавной губки помощи не было. Мальчики старались быть полезными, но больше мешались, а она была очень терпелива и внимательна к ним.

Он отметил, что девушка одевается просто, предпочитая штаны. Это не возбраняется, но такую одежду носят на юге королевства, и она более яркая, а верхние туники следует украшать богатой вышивкой. Но важно не это, а то, что на юге женщины даже простых сословий не ведут в одиночестве дом. Мамы, бабушки, тёти, невестки, дочери — все они живут сообща и разделяют обязанности, если не могут нанять прислугу. Она говорила, что из другого мира, но в голове не укладывается, что за жизнь ей приходилось там вести?

Ему хотелось поговорить с ней, объясниться, но она очень умело, даже искусно игнорировала его, а когда принялась таскать вёдра с водой, то он в бешенстве сжал кулаки. Она должна была сказать ему! Она могла приказать, а не делать вид, что в доме нет мужчины!

Он вскочил, желая вырвать из её рук ведро, но остановился. Пусть сама поймёт, за какой труд взялась! И тут же с досадой ринулся за ней, вспомнив, что все эти дни именно она выполняла всю тяжёлую работу, только делая вид, что дети ей помогают. Бросился к ней, столкнулся в коридоре, и из-за него она разлила немного воды.

Её хмурый взгляд однозначно говорил, кто ей мешает, и он ушёл. Он не ожидал, что такая мягкая, податливая, улыбчивая девушка может вдруг так ожечь взглядом. Это взгляд его жены и даже более выразительный. Она заявляет свои права на его детей! Показывает ему, как мальчикам с ней хорошо и что ей не нужна помощь! Дура! А что она будет делать, когда её найдёт Барути?

Она сновала мимо него, нося воду, а он бесился, замечая, что она выбегает на мороз в лёгкой кофте, с натугой вытаскивает ведро из колодца, что раскраснелась, но ни слова не говорит ему. Она должна, обязана обратиться к нему за помощью! Пусть признает себя зависимой от него! Но она уже даже не смотрела на него, а быстро заполнила бочку до верха и принялась суетиться на кухне. Имрус не понимал, что ему делать и как заполучить эту девушку себе.

Злата и правда поддалась слабости и принялась, как умела, доказывать ворвавшемуся в налаженную жизнь генералу, что она нужная, полезная, трудолюбивая. Это как какое-то наваждение, постыдное желание угодить, чтобы не прогоняли! Она так надеялась, что у неё ещё есть несколько месяцев! На какую жизнь она себя обрекала, поддаваясь липкому страху, проявляя слабость, теряя гордость, она понимала. И только злая генеральская морда отрезвила её и заставила прийти в чувства.

— Лэр Больдо, горячая вода на плите, если хотите ополоснуться, то делайте это сейчас, — коротко бросила она, выйдя из кухни, и возвращаясь обратно, чтобы замочить фасоль на ночь.

Злата проследила за мужчиной и, как только он закрылся, чтобы ополоснуться, бросилась к зеркалу. Ей надо было предупредить Талейту, что её ждут перемены, а ещё попросить запустить в стиральной машине накопившиеся вещи.

По мелочи Злата стирала сама, а вот рубашки, полотенца, постельное бельё — с этим помогала лэра. Ворчала, но с удовольствием пользовалась техникой и передавала обратно чистое бельё с видом полнейшего превосходства.

На следующее утро Злата каждое мгновение ждала, что генерал объявит время своего отъезда, но он завтракал, возился с мальчишками, пока она готовила, обедал, тихо сидел в гостиной во время детского сна, гулял вместе со всеми, ужинал и лёг спать. В течение дня он сам проследил за наполнением бочки с водой, принёс дрова, расчистил площадку и ничего не говорил о своих планах. Пока он мылся, Злата шепталась с Талейтой.