Книга Опустошенный север, страница 31 – Юлия Меллер

Лекарь сделал всё, что было в его силах, и держал пока лорда в искусственном сне. Харн вернулся, заставил поклясться, что Ингвар уже просто спит. Зная командира, помощник одобрил принудительный отдых. Иначе тот сразу в седло и за Ксенией помчится, а Лерон говорит нельзя ещё ему. Так и прошла неделя. Ингвару дали очнуться. Слабый, с туманом в глазах, с трудом слезающий с кровати, но требующий седлать лошадь немедленно.

— Меня Ксения ждёт дома, — на все уговоры отвечал он.

— Да нет её там, — в сердцах крикнул Харн, не в силах больше поднимать падающего. Пришлось всё рассказать, а после Лерон снова погрузил Ингвара в сон.

— Всё, пусть ночь поспит, а дальше как хочет, — дал команду лекарь.

Наутро Ингвар поднял всех, сразу как сам проснулся.

— Что разлеглись, — орал он, — подъём. Готовимся к отъезду.

— Да что б тебя, — ворчал Харн, а ребята, расположившиеся на лавках, сонно хлопали глазами.

Рано выехать не удалось. Пришлось объясняться с людьми. Перед шахтёрами было стыдно. Поверили, начали работу и снова руководить некому. Ингвар хотел рвануть сразу к жене, но бросить шахты без предупреждения семьи, было не правильно, бесчестно. Может брат продолжит работу. Все равно Ингвар задержался, скрепя сердце мужчина решил потратить несколько дней сейчас, чтобы потом от Ксении не уезжать уже, ради улаживания этого вопроса.

А Ксения в подавленном настроении арендовала симпатичный дом в городе. Заставила себя заняться набором обслуживающего персонала. Понемногу обустраивалась, прикупила вещей, но с каждым днём, жизнь словно утекала из неё. Она принуждала себя вставать, тщательно наводила красоту, как будто это было важно, выходила на прогулку и понемногу составляла письмо детям.

Выборочные фразы из письма.

У меня всёхорошо. Погодаздесьчудесная, народприветливый…Семья у Ингвара дружная, веселая…. Меня все обожают, своим пением покорила даже старых ворчунов…. Здесь очень интересно, скучать некогда….

По городу бродить было скучно, но время в прогулках тянулось быстрее. И вот её внимание привлёк господин, выскакивающий из кареты и лёгкой походкой направляющийся в дамскую лавку. Это было необычно, в порядке вещей наблюдалась бы картина, когда мужчины следовали за дамами с обречённым видом. Даже широкий разворот плеч у многих представителей сильного пола при сопровождении дам в это место увядал, и не было несчастнее людей, чем они. А тут бодренько, по своей воли, без ведущей женщины. Интересно. И Ксения от нечего делать отправилась следом.

Лавка представляла собой пёстрое многообразие лент, кружев, заколок, пуговиц, деревянных застёжек, шнурков и всякой иной дребедени. Мужчину привлекли бутылочки с клеем.

Ксения отчего-то разочаровалась. Ей вдруг нарисовался образ жеманного господина, подбирающего себе кружавчики. Хотелось посмотреть на такого типажа, развеяться. Она и развеялась, неприлично приоткрыв рот, когда мужчина развернулся.

«Марено!» и тут же щёлкнуло в голове, вдруг он на службе и Ксения поспешно отвернулась, чтобы не выдать герцога. Но следующая мысль возмутила в ней всё до глубины души.

«А как же дети! Он же должен был быть нянькой!»

Она повернулась обратно, кипя негодованием, но герцог лишь слегка улыбнулся и отвернулся от неё.

«Мерзавец!», однако же, взяла себя в руки и тоже крутанулась, пытаясь сообразить, где бы ловчее пристукнуть голубчика.