Книга Княгиня Евдокия 5, страница 90 – Юлия Меллер

Лицо девушки перекосило, но на князя она бросила многообещающий взгляд, прежде чем гордо удалиться. Евдокия повернулась к нему, намереваясь извиниться за грубость и неуместность женской свары, но князь лучился довольством. Боярышня без тени сомнений прилюдно заявила на него права и к тому же не дала попасть в некрасивую ситуацию, где ему самому пришлось бы отбиваться от знатной девыв. Евдокия же, отогнав княжну, посмотрела на него и всем своим видом изобразила вопрос.

— Ты защитила меня от неё, — коротко пояснил он, излучая хорошее настроение.

— А ты встал на защиту моей чести против Дракулы!

Дуне, в отличие от князя, весело не было. Ей хотелось сказать, что не надо было рисковать, а на валаха можно было случайно обрушить сосульки с крыши, но воздержалась. Она уже немного успокоилась и понимала, что при ней Юрий Васильевич не мог ответить иначе на провокацию Дракулы. А она не осмелилась бы подстроить Владу подлую смерть ни в виде падающих сосулек, ни в каком либо другом. На пике эмоций могла бы чего-нибудь сотворить, но сейчас вспомнила слова деда, что надо быть умнее и дальновиднее. И князь ведь именно так поступил! Он очень ловко воспользовался чужим вмешательством, перенял инициативу и перетянул конфликт в выгодную ему область. Умный и коварный рюрикович!

На слова боярышни о защите чести князь лишь слегка пожал плечами, при этом вглядываясь в её лицо. Он видел, что она задумалась и что-то для себя решает. Он опасался, что Евдокия будет разочарованна, что поединок не состоялся. При дворе Стефана только и разговоров среди девушек, кто из мужей сражался за них.

— Здесь обманчиво вольные нравы, — постаралась предупредить князя Дуня насчет Катарины.

Её, как и всех в посольстве, поначалу смутили танцы, наряды, сомнительные разговоры за столом и флирт, но очень быстро она поняла, что всё это фасад, за которым пока что скрываются старые устои. Возможно следующее поколение будет другим, но сейчас старый образ жизни и новые веяния уживаются. Во всяком случае, если девица заявит о бесчестье, то придётся жениться.

— Я заметил, — согласился он. — Буду осторожен.

— Княже! Все готово! — крикнул воин, показывая на лодки с поставленным парусом.

Губы Евдокии дрогнули, обозначая ободряющую улыбку и она отступила, давая Юрию Васильевичу дорогу. Как только он отошёл, она прислушалась к ветру, но тот был слабеньким. Да и снег был липучим, совсем не подходящим для лыжных гонок, а лодке предстояло скользить.

Она принялась думать, чем помочь, но князь, к её удивлению, не собирался устраивать гонки по речному льду. Он спустился и поднялся на другой берег. Все последовали за ним и Дуня тоже. Пыхтя, она вскарабкалась наверх и только сейчас увидела, что окружающий ландшафт непрост. Дорога к крепости и небольшая река находились на возвышенности, а дальше расположился пологий спуск. Низину занимал небольшой лес и вновь шёл подъём.

Евдокия с вожделением окинула взглядом длинный спуск, мечтая скатиться с него на санках, а лучше на лыжах, но она всё своё внимание сосредоточила на князе. Он объяснял своему воину и Дракуле с его избранником, как держаться и управлять лодкой.

Буер сильно отличался от тех, какие были несколько лет назад в Дмитрове. Первое, что бросилось в глаза — лодку приподняли и поставили на поперечную планку, к которой крепились лыжи, а хвост лодки теперь опирался на кусок лезвия. Мачта была выше и крепилась чуть в наклон, а парус… Дуне показалось, что он тоже стал каким-то другим.