Книга Боярышня Евдокия 4, страница 81 – Юлия Меллер

— Ваше сиятельство, какой дар вы желаете за вашу помощь?

Евдокия посмотрела на торговцев и всем ответила:

— Господа, Великий князь будет доволен, если в нашем княжестве среди торговых гостей появятся негоцианты из вашей страны.

Все понимающе кивнули :  Ганзейский союз^[4]и уния северных стран^[5]старались не пускать иных торговцев на Русь. И русским гостям мешали вести торг в европейских королевствах. Ситуация доходила до абсурда, но отдельные монархи не в силах были осадить торговые союзы и как-то повлиять на цены. Надежда на то, что следующий корабль португальцев не потопят,была слабая, но была. Всё же они опытные мореплаватели и им позарез нужна новая торговая площадка.

Евдокия выдержала многозначительную паузу, чтобы все осознали, что речь идет о политике.

— Князь понимает, что вам будет трудно конкурировать с другими негоциантами, поэтому он постарался облегчить ваше пребывание на нашей земле. Вы первые,кому назначен куратор. Вам понятно это слово?

— Да, ваше сиятельство.

— Так вот, я ваш куратор, и в моих интересах, чтобы заключённый между нами договор в Новгороде был успешно исполнен.

Португальцы изумлённо смотрели на неё, потом один из них как-то по-особому поклонился и все поспешили так же изысканно помахать шляпами над землей.

— Господин Оливьера, выбери того, кто сейчас пойдет со мной искать нам дом. Кстати, сколько у вас телег?

— Мы добрались до Дмитрова на пяти ладьях. Помимо известного вам металла мы привезли инжир, виноград, миндаль…

— Ты хотел сказать «сушеный виноград»? — решил уточнить Ванюшка. — У нас называют его изюм.

Дуня одобрительно посмотрела на брата, убедившись, что он хорошо понимает французский. Стоявший рядом с ним Олежка что-то тихо всё время говорил пестуну, и только сейчас до неё дошло, что он переводил ему, о чём шел разговор.

— Нет, ваше сиятельство, — мужчина улыбнулся, — свежий виноград! Мы положили его в засыпанные опилками ящики. Но его надо срочно продавать.

— Хорошо, что ещё вы привезли? — поторопила его Евдокия.

— Миндаль, соль… — тут Оливьера тяжко вздохнул, поскольку здесь тоже продавали соль на экспорт, — …кермес…

— Что это? — нахмурив брови, вновь спросил Ванюшка.

— Это краска… как кровь, — вежливо начал объяснять мужчина. — Очень яркий и сочный цвет.

Евдокия сочла нужным посоветовать:

— Бояре с удовольствием купят ярко - красную ткань, а вот насчёт красителя не знаю. Для примера покрасьте местное полотно и покажите его на торгу. Что-то ещё?

— Да, ваше сиятельство. Оливковое масло, бананы, оранжевые плоды, сахар, рис и пробка.

— Хм, нам нужен дом с большим двором, а ещё лучше с большим сараем, чтобы не поморозить ваш товар. Или уже всё померзло?

— Бог миловал, но опаску имеем.

— Я поняла. Так кто же пойдёт со мною?

— Силва, — Оливьера назвал своего товарища по имени и чуть подтолкнул вперёд. Тот на всякий случай ещё раз поклонился, снимая шляпу и застыл, не зная, что дальше делать.

Евдокия понимала, что мореплавателей-торговцев смущает её возраст, но её титул заставляет их быть вежливыми. Она едва заметным наклоном головы дала знать, что видит и одобряет нового спутника.

— Ждите вестей от Силвы, — напоследок бросила она и поспешила на поиски жилья. Той уверенности, с какой она пообещала всё сделать, Дуня не испытывала.