Книга Боярышня Евдокия 4, страница 27 – Юлия Меллер

Боярин хмыкнул и опустил ладони в заводь. Карп подплыл, вызывая умиление Волчары. Григорий Порфирьевич приподнял его над водой и бережно вернул обратно.

— Дивно! Кому сказать — не поверят!

Дуня не могла не признать, что польза от отца Варфоломея есть. Благодаря его присутствию больше не требовалось вставать засветло, чтобы ехать к соседям помолиться и причаститься. Однако же желание отца Варфоломея докопаться до всех её грехов ввергало боярышню в уныние.

Евдокия упорствовала и считала себя безгрешной, священник не верил и приводил примеры её грехопадения. Препирались они долго, но всё оказалось не так страшно,и наконец Дуня выпорхнула из поля его внимания.

— Вот ведь исчадие, — напутствовал он её.

— За что мне такое наказание, — бубнила она, искоса поглядывая на довольные лица остальных. Все отделались отеческими наставлениями и только её мурыжили почём зря.

Но с этой несправедливостью Дуню примирил ещё один факт. В ходе общения с отцом Варфоломеем был поднят вопрос устройства кирпичного заводика и священник проявил глубокое понимание проблемы! А по существу, он осудил держащие монополию на плинфу монастыри и обещал благословить новое дело Дорониных. Только внёс поправочку, что новый храм надо ставить из царского кирпича. Дуня тут же ответила, что коли так, то им часовенки хватит. Поспорили, да и сошлись на церкви.

А потом гости и хозяева, а также все деревенские отправились спускать на воду катамаран. Он произвел настоящий фурор! Каждому захотелось посидеть на плетёном стульчике, покрутить педали, подержаться за рулевое весло … и княжичу не дали даже на второй круг зайти, сместили и оккупировали его поделку.

Ребята переживали, чтобы солидные бояре ничего не сломали. Делалось-то всё из легкого материала: гибкие пруты, да береста. Но катамаран с честью выдержал испытания.

— Вот ведь, — высказался старший Кошкин, — бесполезная по большому счету лодка, а интересная. Я бы покатал на ней свою боярыню.

Григорий Волчара хмыкнул, а княжичев наставник огладил бородку при упоминании Евпраксии Елизаровны. Такой уж красавицей она вернулась из Новгорода, что всю Москву взбаламутила. И раньше-то на ней взгляд отдыхал, а теперь не оторвать взора, как ни ругай себя.

— Так за чем дело стало? — удивилась Дуня, не подмечая появившегося блеска в глазах степенных бояр. — Заказать такую же лодку у мастеров, чтобы они более надежной её сделали и в озеро какое спустить, — предложила Дуня.

— Не, лучше на реке переправу устроить! — воскликнул Алексашка, мысленно подсчитывая, какую плату брать за использование обывателями ройки ( катамарана ).

— На реке сильное течение — опасно, — отрезал Никифор Пантелеймонович, осуждающе глядя на боярича.

Княжичев наставник не единожды разбирал с Иваном Иванычем и его товарищами по играм как обустраивать поход по водным дорогам. Обсуждалось всё: вместимость судна, скороходность, безопасность, количество припасов и условия для перевоза животных. А у Алексашки всё из головы вылетело …

— Яков Захарьевич, — с серьёзным личиком обратилась Дуня к Кошкину, — давно хотела просить тебя похлопать об очистке и благоустройстве Поганых прудов. Не дело в городе оставлять эдакое болото. Люди жалуются, что в жаркое время там духовито становится, и от кровопийц спасу нету. Детишки расчёсывают укусы и болеют, а были случаи, что ранки загнивали, доводя до смерти.