Книга Боярышня Дуняша 2, страница 164 – Юлия Меллер

Но новости не ограничились помолвкой Маши и Семёна: Мотя Совина с дворовой девчонкой сбежала от отца к Дорониным.

Не заладилось у неё с отцом. Савва как отошёл от горя, то сразу взялся искать себе новую жену, чтобы та приняла в свои руки хозяйство. Сам же усердно начал тренироваться, чтобы поскорее набраться сил и пойти в поход.

Как Мотя не убеждала отца, что сама справится по хозяйству, не поверил. Да и жалел её, считая, что не надо ей взваливать на себя неподъёмный труд. А Мотя поняла, что если останется, то погибнет. Пусть даже мачеха окажется достойной женщиной. Мотя хотела учиться, пробовать свои силы по своему разумению и быть похожей на Дуню. Вот и рванула в город, как только подсохли дороги, а с ней увязалась челядинка, ставшая подруженькой.

Хорошо, что Доронины не успели отправить к отцу Ксюшу! Боярыне Милославе пришлось объясняться с отцом Варфоломеем и целовать крест, что не обидит девочек. А когда Савва примчался, то он даже особо ничего говорить не стал, а лишь передал дочерям в платочке сохранившиеся материны украшения, да попросил прощения, что не уберёг семью.

Мотя разрыдалась и даже засомневалась в правильности своего поступка, а вот Ксюша испугалась, что её заставят уехать. Но настал вечер, все легли спать, а утром уже некогда было печалиться. У Дорониных всегда шумно и суетно, постоянно затевается что-то новое и интересное.

Как потеплело, дружной толпой отправились в имение, а там кипела жизнь. Крестьяне наново отстраивались, да по-новому планировали дальше жить. Часть семей собиралась подписать ряд с боярышней Евдокией и исполнять её мебельные задумки, другие семьи сосредоточились на выпасе животных. Боярыня твердо обещала выкупать всё молоко у них, будь то коровье или козье. А ещё в деревне появился спрос на овечью шерсть. Вот пара семей и решила заняться овцами. Остальные сельчане решили валять шапки, валенки, одеяла. А сеять и держать огород отныне только для себя.

Мастерицы Милославы никогда без дела не сидели, вот и этим летом продолжили ткать, шить, вышивать, вязать, да набранных в боярский дом девочек обучать своему искусству. Из Пскова пришла весточка, что иноземцы спрашивают кожаные жилеты и тегиляи. Но пока на всё не хватало рук.

Младшая боярышня столько всего придумала, что казалось, жизни не хватит всё исполнить, но глаза боятся, руки делают. Работали с льняным и крапивным полотном, пробовали ткать хлопковое и шерстяное. Из кожи кроили сидушки на диван и стулья, из самых простых шкурок шили себе нарядные шубки, из тонкой козьей шерсти скрутили нить, думая зимой начать вязать красивые платки. А кое-кто из мальчишек увлекся плести из веревок подвесные креслица, и хозяева многих садов уже хвастались подобной новинкой. Никогда ещё столько интересного не приходилось делать, а ещё были валяные игрушки и украшения, обвязка рушников и белья для постели.

Вскоре дворовые девки занялись сырами и консервацией, а Фёдор отправлял подростков осваивать болотные земли, снаряжал караваны в тёплые земли, чтобы закупить там зерно, редкие сушёные фрукты да иные диковинки. В имение потянулись новые крестьянские семьи, желая поселиться, но даже с ними рабочих рук всё равно не хватало. Жизнь у Дорониных била ключом и скучать некогда было.