Книга Ох уж эти иномиряне!, страница 17 – Юлия Меллер

— Мне тошно от одиночества, Сева, — неожиданно призналась она. — Я могу жить одна… привыкла уж, но здесь… рядом с вами мне захотелось почувствовать себя половинкой целого. Я, наверное, сумбурна. У нас разный с вами менталитет и… — Ольга торопилась высказаться и ей не хватило дыхания. Она прервалась, чтобы вдохнуть воздуха, а потом поняла, как жалко выглядит и глухо произнесла: — Простите меня за этот разговор. Забудьте обо всем. Это минутная слабость.

Искин прервал связь. Оля схватилась за голову, сожалея о том, что своими словами разрушила образ успешной, всем довольной женщины. Она ведь не играла. У неё был настрой, что ей все по плечу, но сейчас, когда опасность осталась позади, дала слабину. Увидела, как Головин бросился на её защиту и почувствовала себя девочкой. Той самой, которую будут беречь пуще собственной жизни.

— Госпожа мэр, господин министр стоит у ваших дверей. Впустить? — безэмоционально спросил Искин.

— Сева?

— Да. Господин Головин.

— Впустить! Нет! Погоди! Нет, все-таки впускай! — выпалила она без остановки и подскочила к двери.

— Ольга Дмитриевна? — волнуясь, поприветствовал её советник. — Не прогоните меня? — с надеждой спросил он, не решаясь переступить порог.

Оля с необыкновенной для себя радостью отметила, что он буквально прибежал после её звонка, и просияла. Ответить не смогла, но отступила. Головин сделал быстрый шаг, боясь, что она передумает и замер, когда её рука гладящим движением прошлась по его плечу, поднялась к щеке и устремилась к затылку. По телу Всеволода пробежала дрожь, а ее пальцы, разминающие затылок, подарили ему совершенно новые ощущения. Не раздумывая, он подхватил Ольгу и, крепко прижимая к себе, понёс в спальню. А дальше… все произошло так, как должно быть.

Головин чувствовал небывалый душевный подъём! Он буквально летал, успевая решать насущные технические проблемы города, собирая полезные знания для Земли и сражаясь с тварями. А вечером его ждала лучшая из всех женщин. Точнее, она почти всё время была рядом, но ночью всё становилось иначе.

Всеволод переставал быть советником или министром, охотником за монстрами и старшим в группе. Он становился влюблённым мужчиной, которому отвечают взаимностью. Он думал, что давно растерял романтические иллюзии и веру в любовь, а оказалось, что ничего не пропало и лишь хранилось в глубине его души, дожидаясь своего часа.

— Всеволод Аристархович? — позвала его Ольга Дмитриевна. — Мне кажется, что вам больше нет смысла рисковать, охотясь за разными одарёнными тварями. Кроме кратковременного эффекта бодрости они вам ничего не дают.

— Согласен, — признал он правоту её слов. — Видимо, я расположен только к ментальному дару.

— А есть ли эффект от той программы, что должна помочь вам развить свой дар?

— Обследование показывает, что есть, но я ничего не ощущаю.

— Вам бы потренироваться на ком-нибудь, — задумчиво предложила Оля. — На людях это делать неэтично, хотя рано или поздно вам придётся проверить свои силы и определить степень безопасного влияния от катастрофического. А вот тварей не жалко.

— Что вы имеете в виду?

— Попробуйте взять одну из них под контроль.

— Хм.

— Сначала можно потренироваться на тех же крысюках, потом перейти на другой вид.