Книга Весенний обряд, страница 76 – Лу Цюча

— Тем не менее, за исключением кровного родства, подобное нарушение цветовосприятия может быть вызвано и другими причинами, верно? Вы смотрите на это с материальной точки зрения, а мои доказательства лежат в плоскости верований, поэтому вы не опровергли мои выводы, Жоин.

— В самом деле? Что ж, давайте отыщем человека, который исповедует культ Дунцзюня, а также практикует учение о пяти элементах, и проверим, обнаружатся ли у него симптомы, на которые вы ссылаетесь.

— И где же мы его найдем?

— Госпожа Юйлин, похоже, вы забыли, что эти люди сидят сейчас прямо перед вами. Я также исповедую культ Дунцзюня и к тому же изучаю древние обряды и ритуалы, что предполагает также практику учения о пяти элементах, поэтому, в отличие от усопших, меня можно проверить на восприятие цвета и тем самым подтвердить или опровергнуть ваши выводы.

— …выводы?

— Я различаю оба этих цвета, так что вы определенно ошиблись, – заметила Жоин. – Кроме того, госпожа Юйлин, не следовало говорить «меня здесь ничего не держит». Лушэнь все еще жива, и несмотря на то, что сейчас вы – непримиримые враги, возможно, через несколько дней вы помиритесь. Вот у меня, боюсь, больше не осталось никого в этом мире, о ком следовало бы переживать. Сестрица Цзии мертва, Цзянли погибла, а я осталась жить. Лушэнь, я правда очень завидую тебе, но ты абсолютно не умеешь дорожить тем, что у тебя есть. И это меня очень огорчает. Госпожа Юйлин, я не позволю вам уехать, пока вы с Лушэнь не помиритесь. Я слышала от Чжаньши, что тетушка хотела препоручить вам заботу о Лушэнь. Это была ее последняя воля, неужто дядя станет противиться ей?

— Сестрица Жоин, ты что, не слышала, как она только что…

— Я верю, что госпожа Юйлин искренне не желает тебе зла, поэтому не позволяй своему гневу взять над тобой верх. Сейчас я очень сожалею, что примирилась с сестрой Цзянли гораздо позже, чем следовало, тогда у нас было бы гораздо больше чудесных лет, проведенных вместе.

В тоне голоса Гуань Жоин можно было услышать, что она уже мертва внутри. Она не сможет найти в себе силы подняться с постели и умрет в юности, подобно ее старшим сестрам.

Куй охватило глубокое чувство скорби оттого, что она не в силах остановить неизбежное. Она постаралсь скрыть охватившую ее гнетущую тоску глубоким дыханием. Затем ее вновь охватило беспокойство за Лушэнь. Она боялась, что Лушэнь из-за нее станет равнодушной, подозрительной, также ее беспокоило, что та смирится и махнет рукой на свое будущее. Однако как бы то ни было, Куй в конечном счете необходимо было обдумать и собственное положение.

Сможет ли она в одиночку безопасно покинуть Юньмэнцзе? Куй взглянула на ливень за дверью, и ее вновь охватила тоска: сможет ли она без проводника преодолеть опасности, которые подстерегают ее со всех сторон в горах и пустынных равнинах, и добраться до города? Она начала сожалеть, что сегодня многократно самоуверенно заявляла, что немедленно уедет отсюда.

— Лушэнь, после моего отъезда прошу тебя позаботиться о Сяосюй, – подавленно попросила Куй. – Я препоручаю ее тебе, надеюсь, что рядом с тобой она сможет стать обычным человеком, потому что ты и сама весьма обычная – прекрасный образец для подражания для Сяосюй. Я надеюсь, что тоже смогу измениться, когда ее больше не будет рядом. Сестрица Жоин, благодарю вас за беспокойство о наших отношениях с Лушэнь, но я больше беспокоюсь о вас. Все в Юньмэнцзе для вас наполнено скорбью и печальными воспоминаними. Если вы останетесь здесь, то неизбежно с каждым днем будете все сильнеее горевать, и если так будет продолжаться и дальше, вы не выдержите. Если позволите, то я бы хотела вместе с вами вернуться в столицу. Вчера я говорила с сестрицей Цзянли: вы с ней вместе пытались выбраться из этой заурядной, посредственной жизни. Ее больше нет с нами, но самое меньшее, что я могу, – это просить вас исполнить ее последнюю волю. В столице будет гораздо больше возможностей осуществить заветную мечту, принадлежавшую вам обеим. Если вы не хотите обмануть ожидания сестрицы Цзянли, прошу, обдумайте мое предложение. Необязательно давать ответ прямо сейчас. Сегодня уже поздно, я не смогу отправиться в путь. Если вы согласитесь, то соберите вещи, и завтра утром мы покинем Юньмэн. – Это был лучший план, который смогла придумать Куй.