Книга Потомок царицы 2, страница 77 – Елена Галунец

— Влюбился, — спокойно ответил он и сел рядом со мной.

— И что мне теперь делать? — прошептала я, не поворачиваясь к нему.

— Позволить любить себя.

— Это тяжело…

— Не отталкивай меня, прошу, — прошептал он и обхватил мои плечи своей ручищей.

— Я не могу… Я не могу переступить через себя…

— И не надо. Просто будь со мной, нет, разреши мне быть с тобой. Я без тебя даже нормально дышать не могу.

— Но это неправильно! Это похоже на какую-то одержимость! — сказала я и дёрнула плечами, пытаясь избавиться от его руки.

— Я в своём уме, если что. Аша, я ещё не встречал человека, тем более девушку, настолько добрую и искреннюю. С тобой мне хочется стать лучше. Я так устал от лжи окружающих меня людей, поэтому ты для меня как глоток свежего воздуха.

— Господин Балодис, вы преувеличиваете! Надеюсь, ваше сумасшествие скоро пройдёт, и вы вернётесь к жене. Вы совсем не думаете о сыне. Ему нужна родительская любовь, а не ссоры и ненависть. Оделия при нём не стеснялась в выражениях, когда обзывала меня разлучницей. Ну, вы же понимаете, что она не такие слова употребляла. Она выплёскивала свою обиду не на вас, а на сына! Вы ведь ушли тогда, а Суфьян вылил на меня словесное ведро помоев, которым снабдила его мать. Благо, услышав это, Юрт принялся объяснять ему, что я ни в чём не виновата. Обиженный ребёнок не хотел слушать мои оправдания.

— Поэтому я и забрал его. На следующей неделе будет суд, и я наконец-то буду свободен. Всё, что было указано в договоре и даже больше, получит Оделия и её семья, а сын теперь будет жить со мной.

— А о нём вы подумали? Каково ему остаться без матери?

— Такая мать ему не нужна.

— Не смей! Не смей такого говорить! Не тебе решать, какая мать ему нужна! Какой бы она ни была, она по-своему любит своего ребёнка, — возмутилась я, переходя на «ты».

— Если он захочет, я не буду препятствовать их встречам.

Я открыла рот, чтобы рассказать ему о том, что сказал мне Суфьян, но вдруг услышала торопливые шаги за дверью. Самал тут же встал с кровати и подошёл к окну. Шаги остановились, и я увидела, как немного опустилась ручка.

— Входи уже, — властно сказал ректор, и дверь открылась.

— Отец, мы возвращаемся домой? — спросил мальчишка, с вызовом глядя на него.

— Да, тебе пора на занятия, а мне необходимо решить некоторые вопросы по твоему переезду.

— Мне нужно попрощаться со всеми. Аша, ты ещё меня в гости пригласишь? — грустно спросил он у меня.

— Она с нами возвращается. Будете жить пока в ректорском крыле, — ответил на это его отец, сложив руки на груди.

— Я не хочу жить в академии! — воскликнул Суфьян, топнув ногой.

— Я тоже, — повысив голос, сказала я и, поднявшись, повторила за мальчишкой.

Топнула ногой, но у меня это вышло не так сердито, как у него. Суфьян удивленно посмотрел на меня и вдруг расхохотался. Это было так необычно, потому что в этот момент он стал нормальным ребёнком, а не копией своего угрюмого отца. Они оба очень редко смеются.

— Всё сказали? Даю вам полчаса, так что бегом собираться! — строго сказал Самал, и уголки его губ дрогнули в попытке сдержать улыбку. Суфьян рванул вниз по пути, крича:

— Агли! Меня забирают! И Ашу тоже! Спрячь нас, мы хотим остаться!

— Наконец-то! По тебе я скучать не буду. Без тебя тут сквозняков хватает! Мама! Он опять своей магией всю муку со стола смахнул! — прокричала Аи, и я посмотрела на Самала.