Книга Потомок царицы 2, страница 175 – Елена Галунец

— Ни о чём. Просто хотела выслушать, и не одна же я там была бы. Нереус подсказал бы, что ответить.

— Ладно, тебе решать. Пойду я тогда к себе, раз у вас тут настроение… неподходящее. Уныло как-то с вами. Псинка, если захочешь, то можешь прийти ко мне, — погладила она плечо Алека и направилась к выходу, кокетливо посматривая на него. У самой двери она вдруг остановилась, словно что-то вспомнила. — Выкинь в мусорное ведро свои мысли о зависимости от ректора. Он имеет тебя, так что пусть платит. Ты сто́ишь больше, чем какая-то одежда, проживание и еда, — высокомерно проговорила она, заставляя покраснеть мои щёки.

В присутствии Алека я не хотела обсуждать свою интимную жизнь, поэтому ничего не ответила, глядя, как за принцессой закрылась дверь. У Алека хватило ума ничего не спрашивать, и я сама пришла к мысли, что Самал, скорее всего, уже пожалел, что повысил на меня голос.

Чтобы не разговаривать с ним сегодня, я ушла спать, предупредив Алека, чтобы не будили меня. Но среди ночи я почувствовала лёгкий поцелуй и ворчание моего волка. Алек спал в ногах в своей волчьей ипостаси, поэтому Самал постоял над душой немного и ушёл к себе.

Утром мне нужно было бежать в лекарское крыло на практические занятия с четвертым курсом. Выскакивая в коридор, я столкнулась с Джикони. Она тоже шла на лекции. Пришлось сбавить шаг и вместе с ней пойти до учебного корпуса. Что сказать, внешность у неё была необычайно прекрасна. Вдобавок её идеальная осанка и гордо поднятый подбородок с презренным взглядом ещё больше привлекали мужское внимание. Вот и сейчас мы только вышли, а её уже ожидает три ухажёра. Либо она задурманила им мозги, либо они и вправду заинтересовались высокомерной красоткой. Увидев меня рядом с ней, они стушевались, не зная, как реагировать. С недавних пор вся академия знает, кем я прихожусь ректору. Он объявил меня официальной невестой, поэтому я не стала мешать им и ушла вперёд, давая принцессе насладиться эмоциями парней.

После занятий я не осмелилась нарушить запрет Самала и не пошла на встречу с господином Бекдияром, о чём заранее предупредила его сына. Хок расстроился, но, узнав о ректорском решении, вроде бы смирился. Для поднятия настроения я пошла к своим друзьям в зоопарк и пробыла с ними до самого вечера. Осень полностью вступила в свои права, и без куртки с заходом солнца было очень холодно. Стуча зубами, я обхватила себя за плечи и поспешила домой, как вдруг Самал появился на дороге, преграждая мне путь. Он заключил меня в свои объятия, укрывая ректорским удлиненным пиджаком, и это напомнило мне, как на этом же месте мы стояли под снегопадом. Это было так давно, что я даже забыла, как я, прихватив его одеяло, сбежала от него в тот же вечер при помощи портального камня. А ведь мне и тогда не понравились его собственнические замашки. Я вспомнила, как он за ужином не считал важным рассказать о своих делах, не воспринимая меня всерьёз. И если подумать, и сейчас ничего не изменилось. Что если отец Хока прав, и Самалу так удобнее управлять мной? Он с лёгкостью забрал Суфьяна у матери, запретив ей приближаться к нему. Все её родственники не могут с этим ничего поделать, хотя там тоже не совсем простые люди. Может, я ослеплена его заботой и не вижу на самом деле, какой он человек? Постояв так немного, мы переместились в его покои, и он, как ни в чём не бывало, принялся меня раздевать. Я смиренно позволила ему уложить меня в кровать. От горячих поцелуев я всё больше раздражалась, и тут вспомнила намёк Джикони о том, что мне не нужно с ним спать в благодарность за его заботу, но остановить возбуждённого мужчину я не смогла. И вот, снова подавив в себе эмоции, я щедро поделилась с ним своей магией, но никакого отклика в душе не получила.