Книга Потомок царицы 2, страница 166 – Елена Галунец

Утро началось с вестника Мези. Водник вернулся в город и интересовался, где я, чтобы сходить выпить. После вчерашнего я, похоже, надолго завязал с этим и, отказавшись, посмотрел на время. Намеченные рабочие дела без меня никто не сделает. Позавтракал бутербродом и отправился на службу. День пролетел незаметно. Было пара моментов, когда снова хотел всё бросить и переместиться в Китен на поиски жены, но тут же понимал, что вряд ли мои попытки к чему-либо приведут, поэтому стискивал зубы и брался за следующую задачу. Засидевшись снова допоздна, я неспешно вышел на улицу и вдруг пришёл вестник от мамы: «Тэун, Лами вернулась. Она у нас». Пожалев, что не оказалось с собой портального камня, я побежал к машине.

Пока ехал, несколько раз хватался за кристалл, но слать маме вестники с расспросами не стал. Сейчас сам всё увижу. При входе меня встретил отец. Он сообщил, что Лами спит, а мама сидит у неё в комнате. Тихо ступая перед дверью, я тихо отворил её. Бурная фантазия рисовала ужасную картину. Я ожидал увидеть что угодно, но, глянув на мирно спящую самую любимую женщину без видимых повреждений на руках и лице, я выдохнул от облегчения и поманил маму на выход.

— Где она была? — спросил я, как только мы отошли от двери.

— В Ягватской империи. Её во дворец как рабыню продали.

— Кто продал? — воскликнул я.

— Она толком ничего не знает, потому что под дурманом и магическим воздействием была все эти дни. Пусть поспит. Потом расскажет, что вспомнит. Её архимаг Балодис оттуда забрал.

— Как он её нашёл?

— Сказал, что случайно, но обещал разобраться и наказать тех, кто был причастен к этому.

Поговорив ещё немного с родителями, я вернулся в комнату и осторожно лёг с краю. Неважно, что могли с ней там сделать, самое главное — она жива. Прекрасно понимая все реалии, будь то плена или рабства, тем более для женщины, и возможные последствия в виде беременности, я поклялся себе ни единым словом, ни намёком не обидеть и согласиться с любым её решением. Слушая глубокое, ровное дыхание, я незаметно уснул и проснулся от мимолётного поцелуя в подбородок. Моя девочка прижалась ко мне, крепко обнимая.

— Как ты? — спросил я, вдыхая нежный аромат её волос.

— Намного лучше. Когда мы заживём спокойно? — прошептала она, обдавая мою шею тёплым дыханием.

— Не знаю. Пока ты спала, мы с отцом обговорили, как найти тех, кто на границе промышляет кражей людей. Завтра я поговорю с Балодисом, и мы накажем этих скотов.

— Я помню, как мне отдали приказ возвращаться домой, и как только я вышла из администрации города, ко мне подошла женщина и представилась женой ротмистра Китенского управления господина Ванагса. Она была одета вполне прилично и держала в руке ключи от машины. Нашего водника — Курта Ванагса — я знаю хорошо, но никогда не слышала о том, что он женат. А в тот день я почему-то об этом даже не подумала. Так вот, она сказала, что муж посоветовал обратиться ко мне по поводу поиска сына её подруги. Я, не заподозрив ничего, села к ней в машину, и дальше всё как в тумане. Урывками приходила в себя, но мои сопровождающие не давали ничего рассмотреть. Либо снова усыпляли, либо на голове у меня был мешок. В те несколько часов, пока меня везли, я была одна и никакого разговора я не могла услышать. Так что не смогу опознать кого-либо, кроме той женщины. Не знаю, через сколько дней я пришла в себя уже во дворце. На мне была печать безмолвия, и я могла открыть рот только когда кормили. Физически со мной ничего плохого не делали, поэтому мне повезло, — горько усмехнулась она, поворачиваясь на спину.