Книга Потомок царицы 3, страница 13 – Елена Галунец

Пришлось применить обманный выпад и вмазать со всей силы будущему Хранителю в подбородок. Огонь цвета лавы вырвался из моего кулака и, оставляя мгновенный ожог, устремился к его ногам, воспламеняя одежду. Парня откинуло назад к лестнице, и он, оступившись, повалился вниз. А я, схватив девушку, снова обратился к печати и перенёс нас на улицу.

Мгновение — и я снова стою возле ржавого забора. Резко оглянувшись, я увидел соседскую резиденцию, стоящие вдалеке машины и выдохнул, усаживаясь на бордюр. «Чей это дом? Надо бы в следующий раз подальше его обходить», — подумал я, вытирая со лба пот со следами копоти.

Аша

У окна стоял тот, кого я совершенно не желала видеть. Самал со своим фирменным недовольным лицом и скрещенными руками на груди пристально смотрел на Онгона. В этот момент мне хотелось прижаться к Хранителю и попросить забрать меня отсюда, но я никогда не интересовалась, каким образом он перемещается в пространстве. Я не знала, какими магическими навыками Камни могут наделять своих Хранителей. И имеется ли у Онгона портальный камень? О своём пополненном резерве я совершенно забыла и, растерявшись, просто замерла, переведя взгляд с Самала на невозмутимого огневика. Тот, поправив растрепавшиеся волосы, поднялся на ноги и поздоровался с архимагом.

— Признателен за помощь, можете идти, — ответил на это Самал, теряя интерес к мужчине.

Теперь всё его внимание было направлено на меня. А мой организм решил выдать реакцию на происходящее. По телу прошёл озноб, вызывая на коже мурашки. Вспомнив, в какой лёгкой сорочке с тонкими бретельками я нахожусь, рефлекторно прикрыла грудь, ощутив проступающие острые соски, вставшие от непонятно на что возникшей реакции, и сползшую с плеча бретельку. А так как я в это время смотрела на Онгона, то его удовлетворение от увиденного не осталось незамеченным. Возбуждённые бабочки недавним поцелуем снова запорхали, и мне пришлось прикрыться одеялом.

— Спасибо, — хрипло сказала я и поразилась тому, как интимно это прозвучало.

Онгон, сглотнув, слегка склонил голову и тут же вышел за дверь, а я, завернувшись с головой в одеяло, улеглась на подушку, пряча стопроцентно краснющие щёки.

— И что это было? — спросил Самал, усаживаясь на край кровати.

Что именно его интересует? На всякий случай не буду отвечать, а то вдруг не про это хотел знать.

— Мы с тобой уже обсуждали. Если что-то не нравится, то сразу говоришь. Зачем эти прятки?

«Уф, хорошо, что речь не про Онгона», — выдохнула я про себя.

— Что тебе сказал Бекдияр?

— Он знал моих родителей, — проговорила я в подушку, а затем, подскочив, повернулась и, оставаясь завернутой в кокон, добавила: — Остальное мне рассказали Камни. Твои родители убили моих! А ты знал! Ты знал! — закричала я, глядя в закаменевшее лицо архимага.

Самал не сразу нашёл что ответить, а затем сдвинул свои густые брови к переносице и, выдохнув, тихо заговорил:

— Ты думаешь, я этим горжусь? Думаешь, у меня хорошие отношения с матерью? Из-за неё я даже в академии убрал факультет артефакторики. Ты не задавалась вопросом, почему в одной из самых больших академий не обучают магов с таким важным даром? Потому что моя мать очень хороший артефактор, и она хотела быть магистром при моей академии. У неё были грандиозные планы на юных адептов, но я не позволил лезть в управление и менять устав.