Книга Потомок царицы 3, страница 104 – Елена Галунец

Самая главная радостная новость у меня случилась одним ранним весенним утром. Лами сообщила о том, что мы скоро станем родителями. Я тут же хотел оградить её от всего на свете и увезти на юг, но она отказалась. Попросила не сходить с ума и пока никому об этом не сообщать, даже родителям.

Теперь я был всегда начеку, и каждое её желание тут же исполнялось. Старался не брать заказы на длительные командировки и задаривал любимую всевозможными подарками. Первый триместр прошёл идеально. Господин Хубер навещал нас раз в неделю, и каждый раз подтверждал правильное развитие нашего малыша. И тогда мы решили сообщить об этом родителям. Мама предложила переехать к ним, но мы не захотели, потому что Лами продолжала свою службу и наотрез отказывалась постоянно сидеть дома.

Лето началось с дикой жары, и от духоты Ламис несколько раз становилось плохо. Я стал бояться оставлять её дома одну и всё же перевёз в родительский дом. Мама взялась с особым рвением за её здоровье, и даже тёща приехала погостить на пару недель. В большом доме всем хватало места, и я, приходя домой, мог спокойно быть с женой наедине, даже не встречаясь в гостиной с родственниками. Тесть, соскучившись без жены, привёз детскую кроватку и наконец-то забрал тёщу домой. И тогда в моей бывшей детской начался ремонт. Отец перестал на меня сердиться, и по вечерам мы теперь могли нормально ужинать без каких-либо упрёков. Глория кормила нас всех только полезной едой, но я умудрился набрать лишних килограмм, даже больше, чем моя ненаглядная. У неё появился только самый сексуальный животик на свете.

Счастье продлилось недолго к концу лета Лами слегла. Господин Хубер честно сказал, что начались точно такие же признаки, как и в прошлый раз. Я пригласил другого лекаря, но он тоже только развёл руками. Я решил, что если не помогает магия, то, может, простыми средствами можно как-то помочь, и пригласил лекаря из больницы. Женщина поставила капельницу, назначила гормональную терапию, и я прекрасно понимал, что это никак не поможет, но всё же надеялся на чудо. Тут вспомнил про Джунию и переместился в столичную академию. В лекарском крыле мне сказали, что не знают, где она, и вообще за этот год много кто сменился среди персонала.

Совсем отчаявшись, я пошёл во дворец просить встречи с Ашей, но, предсказуемо, меня не пустили. Сделали запись на приём, который состоится через два месяца, и вежливо попросили освободить приёмную.

Наведавшись к Майге, я рассказал ей всё, и она тут же отправила вестник Ленту. Он обещал помочь, и на следующий день мы с ним снова отправились во дворец. В этот раз нас пропустили чуть дальше, но некая госпожа Риенс, сообщила, что царица сегодня никого не принимает, и обещала сообщить полковнику, на какой день он может рассчитывать.

Вся эта важность и пафосность меня настолько взбесили, что я еле сдержал свой огонь. Лент попытался меня успокоить и, сунув в руку портальный камень, отправил домой.

Ламис страдала. Она не могла есть, и её постоянно рвало. Господин Хубер отругал нас за эти капельницы и совершенно лишние таблетки, которые только усугубили её состояние. Три дня я не отходил от неё и совершенно отчаялся. Майга сообщила мне, что сама лично ходила во дворец, но её тоже не пустили. Тогда я попросил Омида наведаться туда, и тот вскоре ответил, что лично Ашу не видел, но госпожа Риенс поклялась передать царице о состоянии Лами.