Книга Бывшие. Из Сибири с любовью, страница 37 – Лия Малинина

Слезы катились по моим щекам, руки подрагивали от волнения, но я понимала, что ни за что не смогу отказаться от этого мужчины, потому что люблю его, всем сердцем и не представляю своей жизни без него.

— Согласна, — наконец прошептала я, согласно кивая головой и протягивая ему руку.

Арсений надел на мой палец импровизированное кольцо и поцеловал тыльную сторону моей ладони.

— Я клянусь, ты не пожалеешь! — он сгреб меня в охапку, вместе с одеялом и понес к кровати.

Ната

В итоге наш завтрак превратился в обед. Кашу пришлось вновь разогревать, но это нас совершенно не заботило. Мы были бессовестно счастливы.

— Мы сможем сегодня съездить к Свете? — спросила я, отправляя в рот ложку с перловкой, которая сейчас казалась мне пищей богов, — нужно узнать, как она, может быть что-то нужно.

— Да, конечно, — кивнул Градский, — сейчас доберемся до отеля, переоденемся и поедем, только у меня есть еще одно дело, — жестко произнес он и на его щеках заходили желваки.

— Какое? — нахмурила я брови.

— Ира виновата во всем, что с вами произошло, — проговорил он, — и должна понести за это наказание, а также те, кто подчинился ее распоряжениям, подвергнув ваши жизни риску.

— Она любит тебя, — тихо проговорила я, положив свою ладонь на его руку, — а отвергнутая женщина способна на все.

— Это ее не оправдывает, — отрезал Градский, — у всего есть предел.

Я не стала спорить с ним. В конце концов, Ирина его сотрудник, поэтому разбираться с ней тоже ему.

После завтрака мы, торопливо убрав все за собой, собрались и поехали в отель. Пока Градский решал рабочие вопросы я приняла душ, переоделась и через пару часов мы выехали в Новокузнецк.

Всю дорогу Арсений был молчалив и сосредоточенно о чем-то думал.

— Все в порядке? — осторожно спросила я. — Положив руку ему на колено.

— Да, почти, — задумчиво проговорил он и сплел наши пальцы, — Ирина уехала из поселка, полиция объявила ее в розыск. Сотрудники дали показания.

— Ты все же решил ее наказать? — я понимала, что Ирина совершила преступление, но в глубине души мне было жаль ее.

— Такое не должно оставаться безнаказанным, — жестко парировал он, — а если бы вы погибли?

— Я понимаю, — тяжело вздохнула я, — но мне по-человечески ее жаль, — озвучила я ему свои мысли.

— У тебя слишком доброе сердце, — улыбнулся он.

Мы добрались до Новокузнецка и по навигатору быстро нашли клинику, куда вчера привезли Свету.

Я достала из машины сумку с необходимыми ей вещами, которую собрала в номере отеля и мы с Арсением вошли в приемный покой травматологического отделения.

— Добрый день, — обратилась я к медсестре, сидящей в регистратуре, — подскажите пожалуйста, в какой палате Светлана Говорова?

— В пятнадцатой, — выплюнула девица, исподлобья на нас посмотрев, — второй этаж, направо.

— Благодарю вас! — я дружелюбно улыбнулась девушке и пошла к гардеробу.

— Бахилы не забудьте! — рявкнула она нам в спину, отчего мы одновременно повернулись и с недоумением на нее посмотрели.

— Дружелюбие у вас просто зашкаливает, девушка, — поддел ее Градский, но она лишь фыркнула и уткнулась в компьютер, стоящий перед ней.

Мы оставили в гардеробе верхнюю одежду, надели бахилы и поднялись на второй этаж.

Пройдя пару метров по коридору, увидели Веру и Игоря, которые стояли возле одной из палат и беззвучно хохотали.