Книга Бывшие. Из Сибири с любовью, страница 19 – Лия Малинина

— Повтори, — проговорил я, неосознанно делая шаг назад.

— Не буду ничего повторять, — она толкнула меня двумя руками в грудь.

Пыталась изобразить злость, презрение, но в ее бездонных глазах плескалась боль и блестели слезы.

— Ты подлец и предатель, понял? — ударила меня кулачком в грудь еще раз, и приложила магнитный ключ к двери номера. — И не лезь ко мне больше, папа полгода назад ушел в отставку, так что с моей помощью ты больше никакой прибыли не получишь.

— Наташа, стой! — кинулся было за ней, но перед моим носом с силой захлопнулась дверь.

Ната

Я захлопнула дверь перед его носом и привалилась к ней спиной. В памяти, против моей воли, снова всплыл тот телефонный звонок, который разделил мою жизнь на до и после. Звонок, после которого все рухнуло.

— Наташ, открой, — Арсений тихонько постучал в мою дверь, — рано или поздно нам придется поговорить.

Я съехала по двери вниз, села на корточки и закрыла лицо руками. Наверное, Градский прав, хватит бегать от него, как неуравновешенной малолетке. Я взрослая самодостаточная женщина и нужно уже сказать ему все в глаза, может быть тогда он поймет, насколько глубокую рану мне нанес.

— Наташ, — снова раздался короткий стук, — я не уйду.

Я медленно встала, положила руку на ручку двери и через несколько томительно долгих секунд открыла дверь.

Какое-то время мы молча стояли друг напротив друга и смотрели друг другу в глаза.

— Позволишь войти? — наконец нарушил он наше молчание.

Я кивнула и посторонилась, освобождая ему проход в номер. Он прошел, огляделся, скинул с себя куртку с меховым капюшоном и небрежно бросил ее в кресло.

— Расскажешь, наконец, что тогда произошло? — глухо спросил он, запустив пятерню в свои волосы.

Я прошла мимо него, подошла к окну и скрестила руки на груди.

— Мне позвонила твоя жена, — наконец выдавила я из себя эти четыре слова. И снова, погрузилась в свои воспоминания, как в болотную топь.

— Какая жена? — прорычал он над моим ухом так, что я подпрыгнула от неожиданности.

— Та, что была беременна и ждала, когда ты вернешься из затянувшейся командировки, — тихо проговорила я, поймав его взгляд через отражение в стекле.

Он взял меня за руку и подвел к кровати. Мы сели рядом, Градский оперся локтями на колени и сцепил руки в замок на подбородке.

— А теперь давай с самого начала, — тихо сказал он, глядя в черный безжизненный экран телевизора, висящего на стене.

— Это было когда ты улетел на пару дней в Москву по делам, — начала я, собравшись с мыслями, — звонили с незнакомого номера, я взяла трубку…

Память уводила меня в тот день, пять лет назад…

Арсений отправился в столицу на встречу с инвесторами, а я осталась работать. У меня было запланировано несколько фотосессий и съемка для магазина одежды.

В тот день я как раз закончила снимать девушку для портфолио модельного агентства. День клонился к закату, я убирала оборудование и наводила порядок в студии, когда завибрировал телефон, который я убрала в задний карман джинсов.

— Алло, — приняла вызов, и зажав телефон между ухом и плечом продолжила убирать объектив в чехол.

— Наталья, здравствуйте, — раздался на том конце провода ровный женский голос, — меня зовут Людмила Градская.

Ее имя резануло мне по нервам, я замерла, положила объектив на свой рабочий стол, перехватила телефон в руку и выпрямилась.