Книга Бывшие. Из Сибири с любовью, страница 10 – Лия Малинина

Мы практически жили вместе, не в силах оторваться друг от друга. Все это продолжалось три месяца. Я строил планы на совместное будущее, планировал, как порядочный человек просить у отца ее руки и сделать предложение Наташе, но в один из дней она просто исчезла.

Дома ее не было, телефон был отключен, подруги не хотели со мной разговаривать. И тогда я поехал в администрацию города к ее отцу.

— Наташа вернулась к матери в Германию, сказала, что соскучилась по маме и ей здесь все наскучило, — он сидел у себя в кабинете, чернее тучи, — если я узнаю, что ты имеешь хоть малейшее отношение к ее отъезду, я тебя… — его глаза метали молнии.

— Я не понимаю, что произошло также как и вы, — я изо всех сил пытался сохранять спокойствие, — как мне ее найти? Я должен с ней поговорить.

— Она просила никому не давать ее немецкий номер! — гаркнул он. — И ты тоже не будешь являться исключением, — он начал перебирать папки на столе, — кстати о земле, — он поднял на меня глаза и посмотрел поверх очков.

— Меня больше не интересует этот участок, — холодно проговорил я, в одно мгновение решив, что не хочу строить бизнес в этом городе.

Я развернулся, вышел из его кабинета и в этот же день покинул город. Конечно, я по своим каналам нашел номер телефона Наты, звонил ей несколько раз, но она просто бросала трубку. Через пару недель бесконечных попыток поговорить с ней, я бросил эту бесперспективную затею.

Отель, в итоге построил Гриша Гадин, а я купил строящийся отель в Шерегеше, потом еще два на Алтае, который стал развиваться огромными темпами в последние годы, и забыл дорогу в регион, где жила моя любовь и мое разочарование.

И вот спустя пять лет она стояла передо мной в моем отеле. Удивительная штука жизнь, скажу я вам, никогда не знаешь, какой сюрприз она тебе преподнесет.

Увидела меня, глаза свои колдовские округлила, рот приоткрыла в изумлении, и мне даже показалось, что дышать перестала. И снова получил удар под дых.

Ната резко отвернулась, а я прожигал ее взглядом, медленно сознавая, что от болезни по имени Наталья Полянская я нифига не излечился. Ни разлука не помогла, ни “заместительная терапия”.

Позвонил администратору, чтобы ей выделили улучшенный номер, отправил комплимент от отеля. Степа, официант, потом час ходил с лицом, покрытым красными пятнами, от “радушного” приема Наты.

А я лишь улыбался. Мне нравилось, что она нервничает. Значит, ей не все равно, значит, я узнаю, что тогда случилось. Если она скажет, что никогда не любила меня и уехала действительно от того, что ей все надоело — я отпущу. Если нет, то я выясню, что, черт возьми, произошло.

От моих мыслей меня отвлек Наташин визг. Она катилась далеко впереди, явно не контролируя борд. У меня сердце в пятки ушло, когда я увидел, что она летит прямо в толпу лыжников. Я ускорился и перехватил ее за пару мгновений до столкновения.

Не смог удержаться на ногах сам, свалился, но ношу свою удержал. Прижал к груди, смягчив ее падение.

— Ты как? Жива? — спросил я, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Вроде да, — она начала ерзать на мне, но я, вместо того, чтобы отпустить, крепче прижал ее к себе.

— Черт, Натаха, — прохрипел я, — я так испугался! — ухватил ее за затылок и…

— Отпусти меня немедленно, — зашипела она, пытаясь вырваться.