Книга Урфин. Захват, страница 140 – Владимир Машошин

Поэтому в первую очередь Демид собирался пройтись по банкам.

Конечно, он всегда мог взять Топа и ограбить магазинчик или припозднившегося прохожего, однако грабёж казался Демиду ненадёжным источником дохода.

Да и к чему грабёж, когда банкиры сами наперебой предлагают деньги? Яркие рекламные щиты сияют счастливыми лицами заёмщиков, а частые рекламные смс обещают любую сумму.

Вот и вчера, как по заказу, Демиду пришло смс-уведомление, сообщающее, что ему одобрен кредит, приходи и бери.

«Хороший заём всегда кстати… – подумал тогда Демид».

Сначала он хотел взять с собой подругу, но потом передумал, Демид решил не впутывать её в сомнительное и, наверняка, небезопасное дело. Он решил всё сделать тайно, а затем похвастать перед Леной большой суммой денег. Всё-таки, мужик должен уметь добывать средства. А Демид не просто мужик, он – повелитель мира!

С таким настроением он собирался на поиски миллионов, когда в дверь позвонили.

Ещё недавно пронзительная трель звонка вызывала у Демида неприятное чувство и, почему-то, страх, теперь же всякий раз, когда он слышал дверной звонок, в нём просыпалась злость. Демиду казалось, будто каждый звонивший бросает ему вызов, проявляет неуважение. Словно все вокруг были предупреждены о том, что хозяина тревожить не следует, однако находились такие кому на это плевать. Предупреждение существовало лишь в голове Демида, но всё равно у него возникало раздражение.

«Если это опять старая дура… – думал Демид, открывая дверь и плотно сжимая губы».

За дверью стоял невысокий, чуть ниже Демида, парень, в чёрной кожаной куртке и такой же кожаной кепке, в руках тоже кожаная чёрная папка.

— Лабик Дмитрий Авдеевич? – спросил кожаный.

— Да, то есть, нет, Демид… Авдеевич, – растерялся Демид.

— Я Суриков Дмитрий Анатольевич следователь уголовного розыска, – кожаный распахнул перед лицом Демида красную корочку и показал два белых квадрата.

Перед глазами Демида замелькали синие круги печатей и чьё-то серое маленькое фото, однако надписи расплывались и Демид никак не мог их прочитать. Он лишь ощущал, как у него кружится голова, и слабеют ноги.

— Разрешите? – гость бесцеремонно шагнул в квартиру, Демид вынужденно отступил.

Видимо, привыкший к людской робости следователь ничуть не смущался растерянностью Демида, он спрятал удостоверение и огляделся.

Придерживая левой рукой чёрную папку, следователь правой рукой прикрыл за собой дверь, и остановил на Демиде свой холодный змеиный взгляд:

— У меня к вам несколько вопросов, может присядем?

Демид молча повернулся и повёл следователя в комнату, правда, тот сначала, всё-таки, быстро разулся.

— Я уже побывал у Бойковой, – садясь прямо напротив чучела, говорил следователь.

Демид опустился на краешек дивана и молчал.

— У Елены Николаевны, вы же кажется с ней, э… знакомы?

— Вы про Лену? Да, конечно, – холодная тоска заледенила душу Демида, горло пересохло.

— Она, если не ошибаюсь, ваша подруга?

— Невеста.

— Замечательно.

В голове Демида всё смешалось, мысли, страхи, сомнения, надежды и мечты, танцевали невиданное танго, они, то испуганно замирали, то вновь приходили в движение, и тут же появлялись самые разнообразные догадки о причине появления следователя.

Первая же мысль отчаянно закричала: «Это конец!», сейчас тебя арестуют и жизнь кончится. Какая может быть жизнь, после ареста?